Контакты

Модераторский раздел ]

В тени изящной словесности

Добрый день, медам и мусье, а также товарищи и прочия достопочтенная электронная публика и интернет пользователи. Вашему вниманию предлагается Одесская Публичная Электронная Библиотека Весёлого Маклера с новостными блогами Одесские миниатюры и Welcome to Odessa

Модератор: Anonymous

В тени изящной словесности

Сообщение akella » 23 мар 2011, 13:13

Прочитал статью Игоря Плисюка
В ТЕНИ ИЗЯЩНОЙ СЛОВЕСНОСТИ
Сложно писать на эту тему – ведь ей посвящали свои нетленные строки корифеи отечественной журналистики – Влас Дорошевич, Аркадий Аверченко, Илья Ильф и Евгений Петров. Но делать это нужно: объекты сатиры по-прежнему живы и злодействуют все с той же достойной лучшего применения плодовитостью и напором. «Миссия» этих персонажей – изводить своими опусами сотрудников газет и мучить читателей…

У литературы, как и у любого общественного явления, есть свет и тень. Свет - плоды талантов и гениев, вкладывающих свою душу в шедевры и просто добротные книги. На грани с тенью - разбитные ремесленники, пекущие опусы, как «пирожки с котятами», на потребу неприхотливого потребителя. Впрочем, и этой категории «пролетариев умственного труда» необходим профессионализм, иначе их «бестселлеры» в ярких обложках не найдут спроса у избалованного качественными детективами и дамскими романами охотника до «бульварного чтива»... Но есть в краю изящной словесности область тени густой, словно китайская тушь, сырой, как гнилой подвал, и благоухающей отнюдь не лаврами Парнаса. Имя ей - графомания. Дабы не утомить почтеннейшую публику, рискнем привести скупую классификацию видов и пород представителей окололитературной фауны.

«Ходоки»

Это самый безвредный подвид. Любая газета подвергается их не опасным, но утомительным набегам. Они приходят с полными авоськами или портфелями своих перлов, уныло прося предать их суду общественности. Если зазеваетесь, - начнут читать вслух, моря окрестных мух... Одни из них стыдливы и в глубине души понимают свою литературную беспомощность, но надежды осчастливить человечество своими откровениями не теряют. Другие бурным потоком прокатываются по редакции, порой пробиваясь даже к «Главному», вынужденному играть роль доброго психиатра или сурового судьи (в зависимости от нрава). Эти зачастую уходят, суля кары небесные и изветы, во все инстанции вплоть до «Гринпис» и «Лиги сексуальных реформ»... Единственный метод борьбы с ними - ни в коем случае не поддаваться и не печатать их труды. Иначе «коготок увяз - всей птичке пропасть!». До конца дней своих (или особо нервных литсотрудников!) они будут требовать следующей дозы наркотика публикации, потрясая истлевшими вырезками. И вызывая проклятия измученных журналистов в адрес слабодушных коллег.

«Датчане»

Сия порода нынче почти вымерла и подлежит занесению в Красную Книгу околохудожественной литературы. А когда-то они были одновременно и бичом, и спасением для неразборчивых редакторов. Суть их ремесла состояла в написании стишат к знаменательным датам и событиям. От тезоименитства Государя-императора до очередной годовщины Октября или юбилея любимого местечкового руководителя. Ярчайший тип этого реликтового «мастера на все руки» - незабвенный Никифор Ляпис-Трубецкой со своим универсальным Гаврилой, гениально запечатленный Ильфом и Петровым. Одного из ему подобных, весьма немолодого, но не утратившего графоманский пыл, Ваш покорный слуга с трудом выпроводил из своего кабинета совсем недавно. Когда-то сей индивид с бегающими вороватыми глазками снабжал местные газеты виршами, прославлявшими партию и вождей. Перлы типа:

«Опять читаю Ленина тома,
Как будто строю новые дома.
Растет порыв светлеющей души,
Опять читаю Ленина в тиши»,

наводили тоску на истомленных «поэзией» редакторов, опасавшихся отказать в публикации столь идейных строк. О читателях умолчим из гуманизма... Однако времена сменились, а неуемный писака перековал свое тяжеловесное перо на... перышко-жало пасквилянта, перейдя в следующий разряд нашего краткого каталога монстров словесности. «Борзописцы»

И он, и его пошловатые коллеги избрали пакостную, но тешащую больное самолюбие стезю. Написание пасквилей на реально состоявшихся писателей и журналистов. В этих дурно пахнущих творениях злоба заменяла остроту, а зависть и клевета сочилась желчью из каждой строки. Иные умники-газетчики сдуру пропускали их на полосы своих изданий, а после краснели и бледнели, вынужденно публикуя извинения и опровержения. Само собой с появлением четких заветов «Кодекса» и подтверждений недоброкачественности «продукта» злюки от прессы он был отлучен, как упырь от кровушки. Но после описания Валерием Смирновым в его уморительных романах - как комический персонаж Янис Сосисомидис таки-да он невольно попал в литературу. Правда, с черного хода, как олицетворение махровой и продажной бездарности...

Его коллега по «чернословию», не лишенный бойкости пера, но напрочь избавленный от принципов, когда-то «прославился» тем, что протащил в газету, сославшись на высокого покровителя, абсолютно непристойный опус, оскорблявший женщину. Нынче он отвержен от печати - с нечистым на руку персонажем никто не хочет иметь дела... Неоднократно получал пощечины за интриги и ложь, но - «битому неймется!» Пробавляется кропанием топорных эпиграмм в адрес коллег и знакомых, заменяя остроумие похабщиной, и публикуя их в сети. Она, в отличие от бумаги, все стерпит!

...Классификацию можно продолжить, но смысл прост: граждане хорошие, пишите, если не можете не писать! И не обижайтесь, если вас не публикуют. Кесарю - кесарево...

А газеты все-таки печатают для читателей, а не графоманов! И нам, работающим для вас, хочется дать пищу душе и уму, а не нудную жвачку...Какая ни есть наша журналистика - но она все-таки младшая сестра литературы!

xxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxxx

Тема не то чтобы злободневная, но грустная и злая до скрежета зубовного. Хочу поделиться своими своими мыслями и наблюдениями, тем более, что они не голословны.
ГЕРОИ-БОРЗОПИСЦЫ ИЗ ТЕНИ ИЗЯЩНОЙ СЛОВЕСНОСТИ
Анатолий Яни – Анатолий Яниев, он же Андрей Лоркин, он же Ян Таировский. Самый известный как наиболее бездарный и завистливый графоман за всю историю Одессы. За свое «творчество» неоднократно получал гонорары в виде оплеух и поджопников. В среде профессиональных журналистов получил прозвища (в хронологическом порядке) Отморозок, Говноед, Судно (с ударением на последнем слоге).

«Графоман Яни хорошо известен, как человек, сведший с ума собственную жену, после чего она выбросилась из окна, и которую он затем поместил в сумасшедший дом. После обвинил свою дочь в убийстве её мужа-американца, и два года с ней же судился.

Занимается продажей газет, попрошайничеством, сочинением и распространением небылиц, порочащих писателей и журналистов. Является прототипом одного из героев романа «Дано мне жало в плоть», где этот неадекватный отморозок выведен под именем «Яничев», - Павел Мацкевич, «Литсовет».

Кроме того, борзописец Яни стал прообразом одного из главных героев романа В. Смирнова «Операция «Гиппократ» Яниса Сосисомиди. Он описан в романе Л.Вершинина «Сельва не любит чужих».
Фрагмент романа «Дано мне жало в плоть»:

«Там он и нашел того, кто был ему нужен, кто и должен был там быть – «отморозка», как чаще всего называли Аркадия Яничева.
Это был человек лет шестидесяти, с неприятным, бегающим, масленым взглядом, словно ощупывающим собеседника липкими пальцами. Весьма упитанный внешне, он владел двумя несомненными достоинствами: патологической жадностью и столь же патологической ненавистью ко всем, кто занимался литературой, а, в общем—то, и не только ею.
Ненависть его к творческим людям выражалась в том, что он находил наслаждение в оплевывании любых работ. Причем, делал это особым образом – втираясь в доверие, то есть, восхищаясь работами кого-либо, он выбирал момент и где-нибудь: в газете или на литературном вечере – прямо или в форме злобных рифм оплевывал своего знакомого.
Когда-то он занимался даже в университете, но никогда никто не пригласил бы его в газету или куда-либо. И только потому что он, никогда не упускал случай сделать подлость. Он называл себя переводчиком, поэтом, журналистом, кем угодно, хотя на самом деле был продавцом хлама. Другой работы для него не было. Идти на завод – о, нет, ему хорошо было ясно, что все кончилось бы для него плачевно, да ему и в голову не приходило работать. Он гораздо больше имел, получая от своих жертв отступные. Этого хватало с лихвой и, более того, он уже имел солидные сбережения.
Его находили в тот момент, когда нужно было совершить нападки, на кого бы то ни было. Он всегда был готов к услугам. На этом контакты заканчивались, поскольку Аркадию ничего не стоило оплевать хоть мировую знаменитость, хоть начинающего журналиста, причем, спокойно переворачивая и перевирая то, о чем те писали.
Он делал это с огромным удовольствием. И даже когда его очередную жертву уложили в гроб, он не постеснялся явиться на похороны, где и произнес речь, о том, как они были с покойником дружны. И не забыл, конечно, поесть и попить на поминальном обеде. Нападал он в большинстве случаев на талантливых, но еще неизвестных людей, зная, что они беззащитны. Но иногда и нападал на мировых знаменитостей, но это больше для того, чтобы другие видели, что он беспристрастен. Напади он на человека не очень-то ранимого – ему грозила элементарная оплеуха, а то и похуже. Этого он боялся. Трус есть трус. И он был счастлив, находя тех, кто откупался, лишь бы не иметь с ним дела.
Аркадий Яничев, кроме прозвища «Отморозок», имел еще одно: Алоизий Могарыч и был далеко не беден, но всегда прикидывался таким. Прятал деньги у знакомых, в разных местах. Семья у него была большая. Не считая жены, которая не выдержав, свела счеты с жизнью, у него еще было трое детей, которых он постоянно шантажировал, вымогая деньги. Иногда судился с ними. И все равно заставлял платить. В первую очередь, потому что торговал на рынке ненужными вещами, а еще благодаря подвешенному языку и повадкам Иуды».

Евгений Женин. Известен в творческих кругах как Пидорчонок и Крытык. Часто появляется на людях в компании еще одного деятеля культуры по кличке Залупий. Одна из эпиграмм небезызвестной Долли гласит:

Грязный журналист и жалкий смастерит любую гадость.

Сочиняет эпиграммы самому себе на радость.

За серебренников тридцать все продаст: и честь, и совесть.

Раздувается, как жаба, и его не успокоить.

Он полижет что угодно - только пусть ему заплатят.

Женин, хватит портить воздух. И вонять в Одессе хватит!


О «творческих» подвигах сего персонажа ходят проверенные самим временем многочисленные легенды не только в стенах Одесской киностудии. Неоднократно шантажировал людей искусства таким образом: заплати, иначе напишу отрицательную рецензию. Примечательно, что регулярно получающего затрещины и оплеухи Женина всего лишь один раз били не из-за его большого критико-поэтического дара. Режиссер и сценарист Николай Сиднев избил Женина исключительно за его пристрастие к малолетним мальчикам. За что Сиднев получил справедливый нагоняй от одного авторитетного человека: таких, как Женин, можно бить исключительно ногами.

Женин не рискует раскрывать свой говорливый рот в присутствии режиссера и сценариста Юрия Бликова. В свое время Бликов предупредил Женина: «Я запрещаю тебе вообще открывать рот в моем присутствии. Говно должно молчать, когда люди разговаривают».

Евгений Женин резко выступал против деятельности завезенного в Одессу из Львова стараниями министра Вовкуна советника бывшего мэра Одессы Гурвица по вопросам культуры Сергея Проскурни. Не потому, что Вовкун именовал русский язык «собачьей мовой», а из-за того, что Проскурня мог составить конкуренцию гурвицевскому фавориту Женину по части политической и сексуальной ориентации. Не выдержав многочисленных насмешек, почти шестидесятилетний Женин выполнил классическое обещание небезызвестного Паниковского: «Вставлю зубы и женюсь». Правда, сперва Женин женился, а уже потом его супруга собственноручно вставила зубы своей длинноволосой второй половине.

Осведомитель еще со времен КГБ Женин некоторое время работал журналистом в газете «Одесский вестник», когда ее возглавлял Александр Каменный, он же Александр Штейман (агентурная кличка в КГБ – «Секрет»). Резко перестал лизать каменный зад после того, как стал семидесятым журналистом, которого Штейман выгнал с работы. Буквально на следующий день сочинил принялся сочинять эпиграммы в адрес своего бывшего патрона Каменного:
Анкета скупа и неброска:
Родился в Советише Геймланд,
Характер – нордический, жёсткий,
Арієць на прізвище – Штейман..
--------------------------------------
Не обязательно быть доктором наук,
Чтоб дать оценку телевидению нашему,
Где процветают каменеющий Кваснюк
И просто Каменный - зато вконец приквашенный.
----------------------------------------
Включил телевизор. Идет «КПП».
С экрана – скандалы и войны.
Как будто бы некто сидит на клопе –
И оба друг друга достойны!

Он и читатель, и писатель,
Телеведущий и артист.
Он сам себе книгоиздатель
И метро- (блин!) –сексуалист.
Он дважды муж и трижды папа,
И даже дед – таков акцент!
Ну, а копнете тихой сапой –
Так перво-наперво он МЕНТ!

------------------------------------------------
Знать, не иначе – с бодуна решился Бог
Представить публике такого экспоната:
Каменнорылый, с гнидной псюрни, мусорок,
А тщетно корчит из себя аристократа!
+-----------------------------------------
И кресло есть, и галстук, и пиджак,
И взгляд отреперирован суровый…
Но в сочетаньи «каменный мудак»
Важны и равнозначны оба слова!
--------------------------------------------
От каменного рыла до хвоста
он весь изъеден завистью глубокой
и, спутав дырки, мечет изо рта
ассенизационные потоки...
--------------------------------------------
Лоснясь от самоупоения,
живет в зеркальном окружении,
а в зеркалах-то вместо гения -
сплошное недоразумение...
--------------------------------------------
(Эпитафия - загодя)
В скандалах, в зависти, в обидах
он растерял задор и пыл...
Служил Гаврила - мелкой гнидой:
Гаврила – Каменным служил.



Справку по данным личностям для меня подготовили

И. Андреев и Е. Беренбойм.
akella
 
Сообщения: 1
Зарегистрирован: 23 мар 2011, 12:26

Вернуться в Одесская Библиотека Весёлого Маклера

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1

SITE SUPPORTS:

Rambler's Top100
cron