БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Виктор Афоничев

Кэш

Стр 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Глава 10

   Виктору Алексеевичу на следующий день спозаранку колодезная вода показалась очень вкусной. Поэтому он принял сразу три стакана. Далее, чай с лимоном или может быть съеденный бутерброд с сыром, привели к мысли, что пора начинать прощаться с заводом. Расстаться было решено деликатно без истерик. «Завод, мне от тебя ничего не надо!» - вопль слабого человека, к коим не относился Жижин. Ему нравились выученные наизусть когда-то в школе слова: «Самое дорогое у человека – это жизнь. Она даётся ему один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы…». Виктор Алексеевич со своей колокольни ещё мог под этими строками подписать: «Утверждаю: главное в жизни - душевное спокойствие».
   С утра он вызвал к себе в кабинет Семёнова. Секретарь ещё не успела закончить фразу: «Владимир Александрович, вас вызывает Виктор Алексеевич». Как тот со словами: «Как настроение у шефа?», открывал дверь в приёмную.
   - Не знаю, Владимир Александрович, - ответила секретарь.
   - Как так? Наталья Николаевна, вы лучше жены должны знать самочувствие директора.
   - Это почему же? – недоумённо, спросила Наталья Николаевна.
   Семёнов обвёл взглядом немногочисленных посетителей и, задержавшись на Агапееве, приглушённым голоском, произнёс:
   - Секретарь, как и главный бухгалтер – это исключительно индивидуальный и разовый предмет любого руководителя. Из этого следует, что им надо беречь своего шефа. Так как у директора ещё может быть новый секретарь и новый главный бухгалтер, то у них никогда больше не будет нового директора.
   - Заходите, Владимир Александрович, Виктор Алексеевич вас ждёт, - стараясь избавиться от непредсказуемого говоруна, поторопила Наталья Николаевна.
   Семёнов, уже взявшись за ручку двери, повернулся к секретарю и переспросил:
   - Можно?
   - Заходите, заходите, - подтвердила та.
   Открыв дверь, Семенов впорхнул в кабинет.
   - Здравствуйте, Виктор Алексеевич!
   - Здравствуй, Владимир! Проходи. Присаживайся, - подождав пока подчинённый усядется, продолжил. – Деликатное у меня к тебе дело. Ты человек надёжный, проверенный, - остановился, оценивающе ещё раз окинул взглядом Семёнова, подумав при этом. – Решали же мы с тобой аналогичные задачи, только, не в таких объёмах, - и стал изъясняться дальше. - На складе БИХ ещё с советских времён очень много лежит инструмента, подшипников.
   - Да, - подтвердил Семёнов.
   - Зачем нам такие запасы? – задал вопрос Жижин.
   - Ну…, - издал звук начальник БИХ.
   - Ни к чему, - сделал резюме директор.
   - Да, - подтвердил Владимир Александрович.
   - Мы с тобой их сохранили.
   - Да, - опять согласился Семёнов.
   - Памятник нам не поставят.
   - Не поставят, - утвердительно произнёс Владимир Александрович.
   - А жизнь трудная штука.
   - Да, трудная.
   - У тебя сын растёт.
   - Растёт.
   - Сколько ему лет?
   - Шестнадцать.
   - Не за горами, как жениться надумает. А где ему жить? – сделав паузу, сам и дал ответ. – Негде. Сделав ещё одну паузу, задал очередной вопрос: Ты должен, ему помочь? На который, тут же сам и ответил: Должен. После чего, своим высказыванием поставил окончательно в тупик подчинённого: На одну зарплату не поможешь. Как быть?
   - Не знаю, - с видом обречённого промолвил Семёнов.
   - И я не знаю, - выдохнул Жижин и повернулся в сторону окна. Где-то, похоже, вдали найдя ответ, продолжил. – Собери заявки на следующий год со всех цехов на инструмент, примерно, на миллион рублей. Принесёшь ко мне, а я определюсь, у какой фирмы будем делать мнимые закупки.
   - Хорошо, - согласился Семёнов.
   - Твоего грузчика и водителя ввиду служебной необходимости отправим на месяц, на прорыв, в какой-нибудь цех.
   - Хорошо.
   - Твоя кладовщица давно на заводе работает? – задал вопрос Жижин.
   - Давно, - подтвердил Семёнов.
   - Тогда ей за счёт профсоюза дадим путёвку в Сочи.
   - Хорошо.
   - Не заслужила что ли?!
   - Заслужила, - согласился Владимир Александрович.
   - Тебе придётся, естественно, за них потрудиться. В конце дня заезжаешь на склад под разгрузку будто бы с купленным инструментом, на самом деле его наоборот загружаешь и вывозишь. Это придётся проделать несколько раз. Я ещё внимательно просмотрю твою оборотную ведомость и определюсь, что будем забирать. В конце сентября, как только, включим отопление, у тебя на складе произойдёт - порыв труб. Имущество как бы приходит в негодность. Повторяю: «Как бы». Процесс должен быть контролируемый. Потом что делаем?
   - Списываем, - бодро ответил Семёнов.
   - Списываем инструмент, подгоняя под то количество, что к этому времени уже увезли со склада. Запасы у нас числятся по старым копеечным ценам советских времён. Ущерб по бухгалтерии будет минимальный - всего несколько десятков тысяч рублей. Так что такое списание никого не удивит, обычный рабочий момент. С этой операции по моим предварительным расчётам ожидается получить около пол миллиона долларов. Твоих тут десять процентов. Вот сыну и поможешь. Ещё для подстраховки тебя назначим начальником пятого цеха. Свиридов уже давно просится уйти на отдых, что с него возьмёшь – пенсионер. Это надо, на случай, если возникнут нюансы по дальнейшему списанию. Вот через цех и всё решим. У тебя будет и выписка, и списание в одних руках. Гуляй – не хочу!
   - Виктор Алексеевич, раньше такие совмещения должностей были запрещены.
   - Владимир, теперь демократия. Всё можно. Кто нам укажет на ошибку? Налоговая? Прокуратура? Не их вопрос. Местный департамент по промышленности? Министерство? Где они? Чем занимаются? Не знаю, - эмоционально разложил ситуацию Жижин.
   - Понятно. А комиссия акт на списание подпишет? – пытался сразу выяснить все нюансы Семёнов.
   - Агапеева вызову к себе, в кабинете и подпишет.
   - Хорошо. Можно идти?
   - Давай, Владимир Александрович, трудись.
   Семёнов ушёл. Жижин принял срочных посетителей. Выдержал паузу и только потом пригласил к себе Бабло Дмитрия Михайловича и Минкина Фёдора Юрьевича – заместителя директора по безопасности и кадрам, при этом поставив в известность секретаря, что они нужны по разным вопросам. Первым пришёл Минкин. Он, просунув голову в дверь, спросил:
   - Добрый день! Вызывали, Виктор Алексеевич?
   - Здравствуй! Проходи, Фёдор Юрьевич. Присаживайся.
   Минкин, пройдя крадучись на цыпочках по кабинету, аккуратно присел на краешек стула. Открыл ежедневник, достал из него ручку и был весь во внимании, готовый записывать указания.
   - Свиридов у нас на пенсию просится, - продолжил Жижин. – Что мучить мужика, надо сказать ему: «Спасибо». Приказ. Благодарность. Всё честь по чести. Профсоюз подключить. Вот, только, проблема. Кого поставить? – не дав возможность Минкину высказать соображения, стал дальше наговаривать свои мысли. – Энергичный человек нужен, молодой, преданный заводу. Может присмотреться к начальникам технических отделов, да дать ещё цех в нагрузку? А, Фёдор Юрьевич? – и, не дожидаясь опять ответа, продолжил дальше рассуждать. – Главного технолога нельзя, начальника конструкторского отдела, тоже, нельзя. А вот Семёнова?! Как считаешь? – найдя неожиданное решение, обрадовался Жижин.
   - А-а-а…
   - Точно Семёнова! Готовь приказ, - ещё раз убедившись в правильности задуманного, вынес свой вердикт Виктор Алексеевич.
   Пока Жижин общался с Минкиным, в приёмную прибыл Бабло и прямо направился к двери директора.
   - Дмитрий Михайлович, там Минкин. Виктор Алексеевич предупредил, что у вас с ним разные вопросы, - остановила секретарь его дальнейшее продвижение.
   Бабло развернулся передом к Наталье Николаевне и сдвинулся в сторону от двери. Лицо цвета поросёнка, с объёмной шеей, на которой нельзя застегнуть верхнюю пуговицу сорочки, по этой причине приспущенный галстук. Нижние пуговицы рубашки напряжены, готовые выстрельнуть. Объёмные брюки, ремня не видно из-за живота. Широкие туфли светло-коричневого цвета с разными по форме дырочками для вентиляции. В руках борсетка из натуральной кожи в размерах приближающаяся к портфелю.
   Послышался в тамбуре шум первой со стороны директора открывающейся двери. Бабло повернулся и приготовился втиснуться в кабинет вслед за выходящим посетителем. Минкин вышел. Дмитрий Михайлович засунул первым живот, который сначала и предстал взору Жижина. Потом показался и весь Бабло.
   - Здравствуйте, Виктор Алексеевич!
   - Здравствуй, Дмитрий Михайлович!
   - Как у нас идёт подготовка к юбилею? Как сценарий? – задал сходу вопрос Жижин.
   - Вход в дом культуры будет строго по пригласительным билетам. Вначале торжественное собрание. Вы выступаете. Потом гости по ранжиру дарят вам подарки.
   - То есть заводу? – уточнил Виктор Алексеевич.
   - Да. И отличившимся работникам. Далее с приказом о награждении слово предоставляем Минкину. После этого коротенький концерт не более часа и в завершении праздника фуршет. Столики накроем на четыре человека на втором и третьих этажах. На первом организуем танцы. Поставим на стол по одной бутылке водки, шампанского, минеральной воды, по паре салатов, бутерброды и фрукты. Всё за счёт завода. Кому покажется недостаточно угощения, предоставим возможность приобрести спиртное и закуску в буфете. Начало в семнадцать ровно и планируем закончить в одиннадцать ноль ноль. Для ВИП-персон отдельная программа, они после концерта с руководством завода уезжают в заводской профилакторий. Там ассортимент на столе, конечно, будет богаче. Смету затрат и списки гостей дорабатываем. Косметический ремонт заводоуправления, дома культуры и профилактория закончим в срок.
   - Хорошо. А порядок в цехах?
   - Всё под контролем. Своими силами цеха наводят марафет, материалами помогаем.
   - Ты вообще знаешь смысл слова марафет? – задал вопрос Жижин.
   - Порядок, – уверено ответил Бабло.
   - Ошибаешься. Кокаин это, - пояснил Виктор Алексеевич.
   - Тот самый?
   - Да. Если в широком смысле слова, то любой наркотик. Наводить марафет – употреблять его.
   - Я в более широком смысле.
   - Но если так, то - да. Меня в преддверии праздника интересует другой вопрос. У нас есть много ненужного, незадействанного оборудования, неликвидов. Памятниками по всей территории стоят и на складах ржавеют, портят внешний вид. Списать, что ещё не списали. Продать или сдать, как металлолом. Порядок надо наводить, но без злоупотреблений, - пальцем пригрозил Виктор Алексеевич.
   Бабло понял, к чему клонит шеф. И приняв придурковатый облик, сразу доложил свои соображения:
   - Как раз в сентябре на заводе годовая инвентаризация. К этой дате всё сделаем. Лично возьму под контроль.
   - Ты всё вычистишь. С виноватым видом денежку в клювике принесёшь и задашь глупейший вопрос: «Что с ними делать?» Я отвечу: «Делить, Дмитрий Михайлович». Ты спросишь: «Как?» «Как всегда», - скажу я. И ты достанешь из своего саквояжа уже приготовленный пакет, – размышлял про себя Жижин, смотря вслед уходящему Бабло.
   Выйдя от директора, Минкин отправился к себе в кабинет, где первым делом позвонил Свиридову.
   - Алексей Степанович, ты, что у Жижина на пенсию просился?
   - Фёдор Юрьевич, с чего ты взял?
   - «Тятя» приказал тебя по личной твоей просьбе торжественно на отдых отправить.
   После паузы, Свиридов обречённо спросил:
   - А кого на моё место?
   - Семёнова.
   - Тогда, кто отделом руководить будет? – ещё задал вопрос, как будто это что-то могло изменить в его жизни или имело какое-то значение для него.
   - Он же.
   - Странно. Я пару лет думал ещё поработать, - произнёс Свиридов и после паузы добавил. - Тебя понял, пишу заявление.


Стр 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26



ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ