БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Виктор Афоничев

Кэш

Стр 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Глава 12

   Жижин и Жеребцов так не о чём и не договорились. Первый проявил принципиальность, второй не смог сделать такое предложение, чтобы у того от его принципиальности ничего не осталось. Зато второй вместо достойного предложения смог устроить первому неприятности. Первая появившаяся неприятность на заводе жупел для всех кто хоть когда-либо потратил копейку государственных денег - Главное контрольно-ревизионное управление. Проверяли целенаправленно со знанием дела. Угадывание, что посмотреть и куда обратить внимание, было поразительное. Наличие у них своей путеводной звезды в коллективе «Пимокатного завода» и может не одной не вызывало никаких сомнений. Кто? Почему светит? Осталось тайной.
   Многие заводчане ушли на больничный. Кто до проверки считал, что он готов предстать хоть перед апостолом Петром с последующей рекомендацией в рай, с треском провалили земную репетицию. И чтобы раньше времени не попасть в чистилище, сразу после контроля подался к докторам. Кто заранее сомневался в своей непогрешимости, узнав о проверке, тут же почувствовал обострение хронических заболеваний и упал в ноги к эскулапам.
   Не успела уехать одна комиссия, уже приехала другая. Одновременно работали до трёх коллективов проверяющих. Кроме контрольно-ревизионного управления за это время копали под Жижина и прессовали его: Ростехнадзор, прокуратура, трудовая инспекция, налоговая, Госпожнадзор, инспекция профсоюзов. И это далеко не весь перечень возможных неприятностей для предприятий на территории России.
   Жижин уже запутался, в чём был виноват, но дали понять, что виноват точно. Место географического проживания и возраст нашего героя придавали ему смелости. Белый флаг не выкидывал, бился до конца.
   В нынешнее время не надо проводить диверсий, одну компетентную группу товарищей с полномочиями и обеспечена полная парализация проверяемого объекта. Разрушающая сила работы одного члена комиссии в течение дня в тротиловом эквиваленте равна пятистам килограммам.
   Мощь контролирующих органов пришлось ощутить и Семёнову. Первый проверяющий, судьбою посланный, оказался государственный инспектор по пожарному надзору - Мулькин Александр Владимирович. Мулькина в цех привёл начальника отдела техники безопасности - Павликов Владимир Анатольевич. Павликов, согласно, своей должностной инструкции, отвечал за правила пожарной безопасности в целом по предприятию, поэтому долг ему предписывал находиться всегда рядом с проверяющим.
   Выглядели они не ахти. Не ахти, так как проверка шла четвёртый день и три предыдущих вечера они пили водку. На официальном языке это называлось – подведение итогов дня. Итоги дня подводили в отдельном кабинете столовой. Ассортимент: первое, второе, салат, компот и водка. Водки много. Павликов на этом мероприятии по задумке руководства должен был топить замечания. Процесс утопления шёл тяжело, замечания каждый раз всплывали снова и снова. Мулькин не проникался благодарностью за выпитое и съеденное. Хотя лакал с остервенением, опустошая стопку за стопкой. Перед тем как очередной раз принять дозу, поднимал указательный палец левой руки к верху и, мотая им из стороны в сторону, грозно произносил: «Что вы меня угощаете, ничего не значит! Меня не купить! Я – человек государственный, буду проверять по всей строгости закона». Угощался не долго, через час падал лицом на стол. Голова немного перекатывалась со лба в сторону уха и занимала устойчивое положение. Опорами являлись с одной стороны – нос, с другой – выпуклость щеки. Руки при этом беспорядочно болтались под столом. Павликов, с непотерянной надеждой, продолжая пытаться решить свой вопрос, ещё несколько раз обходил вокруг проверяющего, повторяя, как заводной: «Может, это не будем отражать в акте? Может, это не будем отражать в акте?» В ответ Мулькин губами испускал воздух. Не добившись ничего, Владимир Анатольевич, сам находящийся в не очень хорошем состоянии, тащил инспектора через чёрный ход к машине. Далее груз передавал шофёру, который доставлял его по указанному адресу. На следующее утро проверяющий снова, как ни в чём не бывало, возникал в дверях кабинета Павликова. Владимир Анатольевич на третий день стал ловить себя на мысли, что сходит с ума, приобретя фобию в виде вечно появляющегося в начале рабочего дня видения в дверном проёме. Вот с этим видением он на четвёртый день прибрёл под душу Семёнова.
   Владимир Александрович встал из-за стола и вышел на встречу пришедшим. Павликов представил главного инспектора и начальника цеха друг другу.
   - С чего начнём? – после рукопожатия, заискивающе спросил Семёнов.
   - Пожалуй, с документации, а потом пройдём по цеху, - добродушно ответил Мулькин.
   При рассмотрении документов инспектор не задал никаких вопросов, только, несколько раз, молча что-то пометил в своём блокноте. И потрачено на это было всего минут десять. У Семёнова появилось ощущение, что проверка пройдёт гладко и легко. Ошибся. Осмотр помещений занял уже около трёх часов. Тут майор был более словоохотлив. Точнее, употреблял только одно слово, но часто: «Нарушаем». Шагов десять – остановка, поворот головы на 360 градусов, и одна и та же повторяющаяся фраза: «Нарушаем». После сказанного следовала запись в блокнот и продвижение по цеху дальше. На протяжении этого дня, общаясь с Мулькиным, Семёнову всё больше и больше стала вкрадываться мысль, что само существование их предприятия входит в глубокие противоречия с теми постулатами, которыми руководствуется Госпожнадзор. Его размышления, на эту тему, глубоко не развившись, прервались с окончанием осмотра. Подводить предварительные итоги вернулись обратно в кабинет. Тут уже наметились противоречия другого плана - между Мулькиным и Семёновым.
   - Что пишем протокольчик?! – на эмоциональном подъёме произнёс инспектор.
   - Может, на первый раз предупредить устно? – ответное предложение с надеждой в глазах высказал Владимир Александрович.
   - Нет, нет. Нарушения существенные, предупреждением не ограничимся, - сразу отмёл такой вариант Мулькин. Тут же, не раздумывая, достал из папки чистые бланки и не спеша, получая удовольствие от процесса, начал писать. Один наслаждался, другой явно нервничал. Глаза у Семёнова налились ненавистью, ещё немного и он взглядом смог бы испепелить майора. Павликов смотрел на всё отрешённо, его состояние было ближе к тому, чтобы пуститься в пляс. Четвёртый день – четвёртый проверяемый цех – четвёртый протокол о нарушении. Принцип неизбежности наказания действовал. Мулькин, поочерёдно заглядывая в блокнот, в правила пожарной безопасности и в Административный Кодекс, сотворил следующий перл:
  
  
   ПРОТОКОЛ № 948
   Об административном правонарушении
   «25» августа 2005г. г. Захолустьев
  
  
   Я, заместитель начальника ОГПН по Захолустьевскому району ГУ МЧС России Мулькин А.В. руководствуясь ст. 23.34, 28.2, 28.3, и 28.5 КоАП РФ, составил настоящий протокол, что: 25.08.2005 г. в период с 9-00 до 12-00 в помещениях цеха №5 и складов БИХ ФГУП «Московского пимокатного завода» выявлены нарушения требований пожарной безопасности, установленными правилами пожарной безопасности в РФ ППБ 01-03, а именно: в ряде складских помещений складирование хранящихся материалов осуществлено без соблюдения противопожарных (свободных) проходов, дверь эвакуационного выхода №7 закрыта на навесной замок, в помещении венткамеры хранятся различные сгораемые предметы.
  
   То есть, совершено административное правонарушение, предусмотренное ст. 20.4 КоАП РФ.
  
  
  
   С протоколом ознакомлен и мне разъяснены права и обязанности лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, предусмотренные статьей 25.1 Кодекса РФ об административном нарушении, а именно:
  
   - знакомиться с материалами дела;
   - давать объяснения;
   -представлять доказательства;
   - заявлять ходатайства и отводы;
   - пользоваться юридической помощью защитника;
   - а также иными процессуальными правами в соответствии с настоящим кодексом.
  
  
   V_____________(Подпись лица, в отношении которого составлен протокол)
  
  
  
   Объяснения и замечания нарушителя по содержанию протокола
  
   __________________________________________________________
   __________________________________________________________
   __________________________________________________________
   __________________________________________________________
   __________________________________________________________
   __________________________________________________________
  
  
   V__________(Подпись)
  
  
   О рассмотрении дела «1» сентября 2005 г. в 09 ч. 05 мин. по адресу: г. Захолустьев пожарная часть «Московского пимокатного завода» извещён
  
   V____________(Подпись)
  
  
   - Где стоят птицы, распишитесь, - подав протокол Семёнову, произнёс инспектор.
   По складу характера Владимир Александрович являлся человеком смелым, принципиальным и правдивым. Но взрослен он был в той тоталитарной системе, когда «Правда» была всего лишь газетой; принципов не было, а были постулаты; смелостью уже считалось - противоречить представителям государства, крикнув из-за угла. Потом, чтобы не быть причисленным к душевно больным, куда-нибудь спрятаться и дрожать от страха. Кто не прятался и не дрожал, того, чтобы привить рефлекс самосохранения, отправляли на лечение в психбольницу.
   Поэтому Семёнов, ознакомившись с протоколом, поразмыслив пяток секунд, решил в разделе «объяснения нарушителя» написать: «объяснения дал устно». Такой формулировкой, он озадачил Мулькина. Тот не мог сориентироваться, Семёнов этой записью опротестовывает его действия или покорно соглашается с ним. Поэтому майор задал контрольный вопрос:
   - Вы, что-нибудь напишите?
   - Я уже всё написал, - ответил Владимир Александрович. Тем самым ещё больше поставил в недоумение проверяющего. Тогда, Мулькин попытался ответ найти в глазах у Семёнова. Безрезультатно. Увидел в них, только, своё отражение.
   - Вы первого сентября придёте на рассмотрения дела? – ещё раз прощупал инспектор, что ожидать от противоположной стороны.
   - Конечно, - спокойно произнёс Владимир Александрович.
   Слава техническому прогрессу и в частности Интернету! За время от проверки цеха до назначенной аудиенции, Семёнов с помощью поисковиков Яндекс и Рамблер успел, проштудировать Административный Кодекс, правила пожарной безопасности, Приказ МЧС «По организации и осуществлению государственного пожарного надзора», Федеральный закон «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при проведении государственного контроля», и даже нашёл информацию на одном из сайтов под названием: «Как бороться с Госпожнадзором». Данный текст указывал, какие оплошности совершают проверяющие, и как этим можно воспользоваться. Владимир Александрович переварив в голове всю информацию, пришёл к выводу: «Руки коротки, господа!»
   Первого сентября Семенов, подкованный на обе ноги в вопросах юриспруденции, к девяти часам явился в заводскую пожарную часть. Хотя пожарная часть считалась заводской и располагалась на территории предприятия, но они не подчинялись директору «Пимокатного завода». У них был свой бог в образе министра по чрезвычайным ситуациям, а до этого внутренних дел. Поэтому Владимир Александрович здесь был чужим человеком, а Мулькин родным.
   Семенов, войдя в здание, наткнулся на товарища по несчастью. В коридоре, переминаясь с ноги на ногу, перед дверью одного из кабинетов стоял начальник 8-ого цеха.
   - Здравствуй, Владимир! Тебе сюда, - поприветствовал тот Семёнова и сразу направил его в нужную дверь.
   - Здравствуй! И ты тоже? – высказал своё удивление Владимир Александрович.
   - Все мы тут, - ответил коллега.
   - За тобой буду? – поинтересовался Семёнов.
   - Нет, я уже своё получил, - с облегчением произнёс начальник 8-ого цеха.
   - И как?
   - Шандарахнули на тысячу рублей. Не понимаю легкость, с какой сейчас выписывают штрафы. Раньше проверяющий указывал на недостатки, давал время на исправление замечаний, и если нарушитель не устранял их к указанному сроку, тогда только наказывали. А теперь сразу протокол, сейчас вот постановление выдали, и иди плати деньги в кассу. Долго не разговаривают. На меня потратили пять слов: «Ваш вопрос рассмотрен, вы виноваты». И ровно пять минут времени. Конвейер. Моя вина в том, что лопаты в одном из ящиков с песком не оказалось. За день до комиссии была, лично проверял. Кто-то перед самой проверкой «скоммуниздил». Хотя, тут же при инспекторе принесли запасную лопату, положили в ящик. Он ни в какую: «Протокол оформляем обязательно. Это существенное нарушение». Спрашивается: «Где написано, какое нарушение является существенным, а какое нет?» Всё на откуп проверяющих. За одну и ту же провинность можно и предупредить, и на две тысячи оштрафовать. Согласно букве закона всё будет правильно.
   - Анекдот по этому поводу есть, - чтобы сгладить переживания коллеги, решил Семёнов рассказать тому байку. – Проверяющий стоит около пожарного щита и пишет замечания: «Первое – нет лопаты, второе – нет ведра, третье – нет багра». Проверяемый слушал всё это, берёт отрывает пожарный щит, и говорит: «Пиши одно замечание – нет пожарного щита».
   - Да, верно, - улыбнулся начальник 8-ого цеха и продолжил о наболевшем. - Мне знакомый рассказывал, он работает в их структуре. Требования сейчас такие – всех штрафовать. Денег в бюджете не хватает. Олигархов трогать нельзя. А тут с вшивой овцы, хоть клок шерсти содрать.
   Он так бы и дальше рассуждал вслух, но из кабинета вышел начальник гаража.
   - Как? – одновременно вдвоём спросили они у него.
   - Тысяча, - ответил начальник транспортного цеха, словно слово «пятёрка» произнёс после сдачи экзамена.
   Двое оштрафованных, делясь впечатлениями, проклиная всё и всех, пошли восвояси.
   Семёнов, предварительно постучав в дверь, и выждав в ответ: «Войдите». Зашёл в кабинет. Майор, перебирая пальцами по клавиатуре, восседал за компьютером в высоком кожаном кресле. Он исподлобья взглянул на вошедшего и продолжил дальше набирать текст.
   - Здравствуйте! Можно? – наигранно робко произнёс Владимир Александрович.
   - Проходите, - разрешил Мулькин.
   Семенов, сделав пару шагов, приняв растерянный вид, остановился на середине кабинета.
   - Присаживайтесь, - предложил инспектор, указав на стул.
   - Спасибо, - поблагодарил Владимир Александрович и, сделав ещё несколько шагов, присел на край сиденья. Положил ладони на колени и подал всё тело вперёд. В общем, принял облик внимательного и благодарного слушателя.
   - Так, вот ознакомьтесь с постановлением, - подал Мулькин листок бумаги Семёнову.
   Владимир Александрович тщательно изучил документ, обратив особое внимание на следующие строки постановления, которые перечитал несколько раз:
  
   «Постановил:
  
   гр. Семёнова Владимира Александровича в соответствии с протоколом № 948 , составленным заместителем главного инспектора по пожарному надзору Захолустьевского района за нарушение правил пожарной безопасности в РФ ППБ 01-03 пп. 502.52, 40 привлечь к административной ответственности в виде: штрафа в размере 2000 (две тысячи) рублей.
  
   Объявить гр. Семёнову В.А., что настоящее постановление может быть обжаловано начальнику ОГПН по Захолустьевскому району, либо в Захолустьевский суд».
  
   В этих строках Семёнов нашёл неточность, допущенную инспектором, при оформлении постановления. А, именно, не был указан адрес Госпожнадзора, что являлось обязательным. Это радовало и давало повод для продолжения дальнейшего интересного общения. Но слова «штраф» и «две тысячи рублей» расстроили Семёнова. Он полученный негатив решил не накапливать, а сразу выплеснуть наружу.
   - Можно вопрос? – обратился Владимир Александрович.
   - Пожалуйста, - слащаво - вежливо произнёс инспектор.
   - Вы за эту неделю работу поменяли? – с видом проницательного человека поинтересовался Семёнов.
   - На основании чего вы так решили? – насторожился Мулькин.
   - В протоколе у вас - должность заместитель начальника ОГПН, а в постановлении - заместитель главного инспектора. Почему? – строго спросил Владимир Александрович.
   - Это одно и тоже, - пояснил проверяющий.
   - То есть, слова синонимы? – дальше продолжал цепляться Семёнов.
   - Нет, - обрубил инспектор.
   - Тогда, как понимать? – очередной вопрос задал Владимир Александрович.
   - Если вы не понимаете таких простых вещей то, как работаете начальником цеха? – на грани фола ответил Мулькин.
   - Не вы меня ставили на это место и не вам судить. Но во всяком случае, что касаемо моей должности, то я всегда представляюсь начальником цеха, а не через раз, то главным менеджером цеха №5, то начальником, - свои доводы озвучил Семёнов.
   - У вас есть право обжаловать мои действия, - буркнул Мулькин и строгим голосом добавил. – По процедуре вопросы есть?
   - По процедуре вопросов нет, но я ещё с вами встречусь, - произнёс Владимир Александрович и после небольшой паузы уточнил. - В ближайшее время.
   - Вы меня пугаете? – раздражённо воскликнул майор.
   - Да, что Вы! Все мои действия будут строго в рамках правового поля, - моргая удивлёнными глазами, пояснил Семёнов.


Стр 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26



ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ