БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Анатолий Буханин
Закон Ома по одесски
Часть первая. Ну, вот наконец-то! Все бросили и начинаем рассказывать!


Глава 23. Любовь и энергетика - 2

   - И Марью Степанидовну, на Центролите, сменила другая, Валентина Петровна, – вмешался Михал Васильевич, кстати тоже подстанционник, - типа твоей Валеры, - он по дружески, локтем в бочок, подтолкнул Анатолия, - помнишь Валеру еще? Ну, кто ж не помнил Валеру, первую даму «Одессаэнерго», и Анатолий, и Григорьевич, и отец родный. И добрая половина абонентов, которые, хоть единожды столкнувшись с Валерой, запоминали ее на всю оставшуюся жизнь.

   Если сказать, что Валера - красивая женщина, правда, на излете, с поправкой на возраст - это значит, ничего не сказать. Если сказать, что Валера еще та стерва, каких еще надо поискать - это тоже значит ничего сказать. И если отдельные, еле заметные, вызванные излетом недостатки, она к десяти утра ко времени появления первых абонентов, исправляла с помощью заранее подготовленных подручных средств и лицо вновь становилось шикарным, то о соответствующей корректировке характера, она даже и не думала. Назло французам, она опровергала их широко известную пословицу, что все недостатки и неровности характера женщины с возрастом исправляются. Они не только не исправлялись, но даже не подглаживались.

   Однажды начальник послал ее в Одесский филиал Академии наук. Дело было в начале июля. В узком Аркадийском переулке, несмотря на близость моря, было жарко и душно. Валера возвращалась по левой, теневой стороне, избегая палящих солнечных лучей и вдруг сзади – Фа! Фа! - услышала наглый и настырный звук клаксона автомобиля.

   - То же мне, - возмутилась Валера, что я им девочка, что ли?

   - Фа! Фа! - возмутительно наглый сигнал еще усилился.- Но Валера даже не оглянулась, - не хватало мне еще разворачиваться, знакомиться с какими то хамами!

   - Фа! Фа! - звук обнаглел до предела, и Валера начала поворачиваться, чтоб высказать нахалам все, что она о них думает. Но лучше бы она этого не делала.

   С ног до головы ее накрыла мощная струя воды. Сзади, ее догнала поливалка, на базе ЗИЛ-130. Вчерашняя прическа, ради которой она вчера, еще в 3 часа отпросилась с работы, была безнадежно испорчена. Тушь потекла. Белоснежная блузка мгновенно намокла, прилипла и даже то, что прилипшая блузка подчеркнула и высветила все прелести фигуры, ее не обрадовало.

   Пришлось срочно ловить такси, ехать домой, переодеваться и опять в парикмахерскую. Не могла же она явиться на работу без лица и без прически. Да еще таксисты мокрую даму везти отказывались.

   Так вот, Валентина Петровна, практически ее копия, только немножко поскромнее, но зато лет на пятнадцать моложе. Мужиков она отшивала одним взглядом, при первой же попытке приблизиться на недопустимое расстояние. Резкий взмах черных ресниц и сжатые губы давали понять, что ты можешь быть свободным и идти, и, не просто так, а куда подальше. Она, конечно же, могла и высказаться, некоторые нарывались. Но это было очень редко. Большинству хватало взгляда.

   И вдруг она влюбилась. Обнаружилось это случайно. В оперативном журнале подстанции, после ее ночной смены обнаружились листочки со стихами. Причем, стихи были явно мужские, но переписаны женской рукой:

Наши чувства безумны
И свидания кратки.
Мы встречаемся часто,
Но всё время украдкой.

Видно, выхода нет
Из волшебного круга.
Нас невидимой цепью
Приковало друг к другу!

***


Я жажду твоего тепла,
В объятьях умереть без покаянья,
Под лаской, не спеша, сгореть до тла,
Испепелиться под твоим дыханьем,
О, как я жажду твоего тепла...

По вечерам безумием ослеплен,
Как птица Феникс превращаюсь в прах,
И по утрам встаю из пепла...
О, как я жажду твоего тепла...

От одного прикосновенья возгораясь,
Я восклицаю —мне не надо рая!
Я счастлив, что могу сгорать до тла,
Дай мне частицу твоего тепла,
Ах, как я жажду твоего тепла...

***


В твоих объятиях растаю
И растворюся в сновиденьях.
В неясных сумраках витая...
Я вдруг проснусь от возбужденья.

От нетерпения растроясь
Начну искать тебя рукою.
И только в ласке успокоясь
Вновь в забытьё уйду с тобою.

***


Объятия распались...Шепот
Отдался томной болью в пояснице.
Со лба предательски скользнули капли пота
И заблестели на твоих ресницах.

„Це вже було занадто, а дальше – більше”. Был обнаружен небольшой листок с неизвестным почерком

***


Не могу я спорить с Вами,
Спорить с женщиной мне непривычно,
Любовник нужен каждой даме
Хотя бы для приличия.

   Целая дискуссия!

   Почерковедческий анализ записей оперативных дежурных и руководства центральных электросетей, в оперативном журнале показал, что четверостишие написано посторонним, явно мужчиной и не работником подстанции. Было сначала подозрение на Андрюшу, студента заочника. Но при ближайшем рассмотрении подозрение отпало. Он был лет на пятнадцать-двадцать моложе Валентины Петровны и годился больше ей в сыновья, чем в любовники.

   Однако Валентина Петровна, все подозрения, даже не высказанные, отвергла одной небрежной фразой, - что-то вроде, вы, что Блока не читали. Это же Гумилев, а, скорее всего, Игорь Северянин, король поэтов! В школу надо было ходить, регулярно!

   Однако Андрюша не успокоился. И, хотя об интернете в те времена слыхом не слыхивали, а Северянин и Гумилев в школах не изучались, он их таки да нашел и приволок на смену – Игоря Северянина «Ананасы в шампанском» 1915 года издания, и Николая Гумилева – «Романтические цветы» 1908 года. Раритеты!

   Что-то подобное нашли, но именно этих не было.

   И все-таки, Валентина Петровна «попала», не по делу. Случайно. Поменялась сменами с Наденькой, а мужика не предупредила. Кучерявая кнопочка, в ковбойском костюмчике, гордая, вышла на одно из первых самостоятельных дежурств, после года подготовки, тренировки и стажировки. И вдруг, не успело хорошо стемнеть, как в дверь кто-то ломится. Как медведь.

   Хорошо, что Наденька двери закрыла, не только на крючок, но и на замок тоже. А то бы этот медведь, двери вынес. Правда, ломился он как-то по-тихому. Без применения подручных средств. Ни арматуру, ни лом не использовал, не кричал и даже наоборот упрашивал – Валечка, Валенька, Валюша ну открой. Это Женя. Ну, хватит тебе обижаться. Ну, виноват я. Ну что сделаешь. Так получилось. Извини, виноват и т.д. и т.п. - А от самого – перегаром разит. Через щели с ног сшибает так, что закусить хочется.

   До полуночи рвался. Позвонить на подстанцию он не мог. Мобильников тогда еще не было. Ближайший телефон-автомат за километр, на посКоте - поселке Котовского. Да еще попробуй, отыщи исправный. Да и знал, что не может оставаться подстанция без дежурного.

   В общем, напугал Наденьку до смерти. Спряталась от него наша крохотулечка в резервную ячейку в ЗРУ-10 кВ и сидела в ней до утра. Хорошо, что лето. Не замерзла, и током не ударило. И смена выпала спокойная. За ночь диспетчер на подстанцию ни разу не позвонил.

   И вылезла из ячейки она, на полусогнутых, только утром, когда старший мастер пришел. Вот тогда то все и раскрылось.

   Оказалось, что Валентинин Женя, чтобы не светиться перед охраной, проникал на ОРУ-220 (открытое распределительное устройство 220 кВ), через сетку рабица, со стороны трассы. Специально по три ракушняковых камня притащил. С обеих сторон расставил. Солидный кусок тряпки, на сетку набросывал, чтобы брюки не порвать.

   Под угловой прожекторной мачтой у них был устроен любовной дворик или скверик. Как кому больше нравится. Там классный закуток. Вишневые деревья, виноград и кусты жасмина.

   Главное в тени, мертвой зоне, прожекторной мачты. Вокруг все как на ладони - ОРУ, трансформаторы, ограждение. А их в упор не увидишь. Прожектора слепят. Если телефон зазвонит – колокол громкого боя продублирует. Ляпота. Коньяк - Солнечный. Букет Молдавии – Утренняя роса. Коробки из шоколадных конфет. Мороженое. Сигареты «Мальборо». Как в лучших ресторанах Лондона и Копенгагена. Ялта и Сочи бледнеют и отдыхают.





ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ


ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ