БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Виктор Дзюба (1936-2005)

У обелиска землякам

Остановлюсь у обелиска
(Вокруг – цветы и тишина) –
И, поклонившись низко-низко,
Перечитаю имена.
И вздрогну,
Словно от ожога:
И дядя,
         и отец,
                 и брат…
Их очень много, слишком много
Для деревеньки в тридцать хат.
А я ведь помню их живыми!
Я знал их каждого в лицо…
От каждого осталось имя.
Остались дети от отцов.
Остались матери и вдовы,
Кто помнят даже голоса.
Остался старый сад фруктовый.
Остались пашни и леса…

Деревня вся – как на ладони.
Стою с отцом наедине.

…Земля опять от взрывов стонет,
Напоминая о войне.

У Балатона

Цветет освобожденная Европа
На косточках железных мужиков.
В. Кочетков

I

У Балатона все благоухает,
В садах поют
Ш а л ь н ы е с о л о в ь и.
Ничто туристам не напоминает
О том, что здесь когда-то шли бои.
Со дна достали раненую «Хелку»*,
Чтоб сделать не музей, а ресторан.
Не склянки бьют на «Хелке», а тарелки
И музыка звучит по вечерам.
Котлы с утра урчат в утробе трюма,
Что для иных прекраснее, чем Лист.
Экзотика. И кругленькую сумму
Выкладывает западный турист.
Плывет валюта – что же тут плохого?
Гони монету – и крути штурвал…
Вот где бы высечь строки Кочеткова,
Чтоб каждый помнил и не забывал.

-------
* Пассажирское судно, потопленное немцами в 1944 г. Поднято в 1977 г. и переделано в ресторан. (Из рекламной надписи у входа)

II

Среди железа, мрамора, бетона,
Где тишина, покой и чистота,
На кладбище, в селе у Балатона,
Увидел я три маленьких креста.

Они стояли скромно у ограды.
Вокруг цвели весенние цветы.
Я прочитал (переводить не надо),
Что это наши – «русские»! – кресты.

И сердце закололо, защемило –
Казалось, что от боли закричу:
Я десять лет отцовскую могилу
По европейским кладбищам ищу...

Здесь тоже нет ни имени, ни даты –
Три безымянных, серых бугорка.
Но эта надпись: «Русские солдаты»
Переживет и мрамор, и века!

...Стоят кресты, как на родных погостах, –
Мне боль свою вовеки не унять.
Склонилась над могилами березка,
Как маленькая, сухонькая мать.

* * *

Окопов ноющие раны
Заврачевались, заросли.
Остались втянутые шрамы
На теле матери-земли.

Она их все надежней прячет,
Стремясь изгладить страшный след.
Но вслушаюсь и слышу: плачет
Родник о тех, которых нет.







ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ