БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Валентин Константинов Эллады славные сыны

1. Дела давно минувших дней

***

   Конечно, ценность исследования историко-краеведческого плана не может быть высокой по причине отсутствия архивного поиска. Но бывают ситуации, в которых этот поиск осуществить по каким-либо причинам не удается – например, в силу такой прозаической причины, как отсутствие времени на поиски у человека, не являющегося профессионалом.

   Говоря строго, в этом случае само исследование вряд ли можно считать таковым. Правда, правила на то и существуют, чтобы в них имелись исключения. Так и случилось со мною лет двадцать тому назад, когда довелось призадуматься о роли различных национальных общин в истории Одессы. Это нынче по данной теме написаны очерки, книги, монографии и иные научные труды, а в ту пору подобная направленность исследований была относительной новинкой.

   Что же касается дефицита собственного архивного поиска, то после того, как я остановил свой выбор на изучении темы «греческой» Одессы, данный пробел был компенсирован знакомством с незаурядными людьми, к сожалению, многие из которых уже ушли из жизни. В этом ряду готов назвать одного, в то время одного из лучших знатоков данной темы. Полагаю, отсутствие архивных подтверждений его знаний, гипотез, предположений, утверждений и открытий не только не дает повода от них отказаться, а, напротив, стимулирует литературное освещение его деятельности.

   Итак, представляю: Владимир Лазаревич Петридис – сын греческого эмигранта, бежавшего из Смирны (ныне – Измир – В.К.) от кровавых расправ, учиненных турками над армянами и греками на рубеже прошлого и позапрошлого веков. Владимир родился в Одессе, здесь вырос и здесь же прожил яркую жизнь. Его коммуникабельность была изумительной. «Своим» его считали ведущие одесские коллекционеры; его коллекции раритетных предметов, связанных с Грецией впечатляли, нумизматическому и филателистическому собраниям аналогов не существовало. К братскому кругу его были готовы причислить и археологи – о находках, открытиях и исследованиях Владимира Лазаревича не раз сообщали газеты.

   Не был Владимир Петридис чужим и среди спортсменов – чемпион Украины и призер союзных первенств по гребле, позднее спортивный администратор. Лично мне доводилось встречать пожилых людей, знавших его, как спортсмена в Одессе еще в довоенную пору. Наконец, и это заинтересовало в данном контексте в первую очередь, - Владимир Лазаревич Петридис был известен, как великолепный знаток истории греческой общины в Одессе.

   Наше знакомство, помнится, началось в доме ученых на одном из мероприятий популярного тогда клуба «Одессика». Мысль запечатлеть на бумаге интересные с точки зрения истории факты в трактовке Владимира Лазаревича, пришла почти сразу. А «разговорить» знатока удалось с помощью незамысловатого журналистского приема (в ту пору довелось работать в легендарной газете «Моряк»). Короче, спросил его о древних греческих поселениях на территории современной Одессы. В ту пору, в канун празднования двухсотлетия города, вопрос отличался актуальностью - взгляд на юбилей не был однозначным. Иные предлагали вести отчет возрасту города не с известного екатерининского указа, а, например, со времен турецкой крепости Хаджибей или основания первых греческих поселений в северном Причерноморье.

   В конце концов, здравый смысл в дискуссиях победил, а Владимир Лазаревич Петридис, стоявший вдалеке от подобного рода споров, порадовал меня беседами, растянувшимися на много дней.

   Слушать его было в высшей степени интересно, как, впрочем, всегда интересно слушать увлеченного человека. Познания его, касающиеся греческой истории мифологии, впечатляли; можно было в рамках темы спросить о чем угодно и получить ответ, часто исчерпывающий.

   - Помнится, - спрашиваю, - Черное море, иначе Понт Эвксинский, на берега которого перемещались эллины, как-то связан с именем популярного героя Эллады Ахилла?

   - Красивая легенда, - отвечает краевед. – Ахилл – сын царя Пелея и богини Фетиды, погибший в одном из сражений, согласно преданию, был похоронен на острове среди волн Понта Эвксинского. Есть эпитафия Аристотеля:

Над Ахиллом, чтимом на острове Белом,
Сына богини Фетиды, Пелееву отрасль, Ахилла,
Остров сей Понта святой, в лоне своем бережет.

   Речь, как вы понимаете, идет об острове который сегодня значится на картах под неблагозвучным названием Змеиный Археологические изыскания, которые велись там без малого два века дали прекрасные результаты.

   Между прочим, был в глубокой древности период, когда культ Ахилла в северном Причерноморье, являлся преобладающим, был главным культом многих городов. Самого Ахилла считали покровителем архонтов (правителей), стратегов и жрецов. Но с некоторых пор к его имени добавляется эпитет Понтарх, то есть «Владыка Понта». На территории региона, включая саму Одессу, найдено много посвящений Ахиллу Понтарху, высеченных на каменных плитах. Ахилла Понтарах также считали стражем границ Ольвийского полиса, и эти сооружения эллины считали своего рода пограничными столбами. А вообще-то, здесь самое время вспомнить латинскую пословицу, которая гласит «Taceat de Achillo qui non est Homerus» (Пусть молчит об Ахилле тот, кто не равен Гомеру).

   …Конечно, не все в рассказах Петридиса дышало новизной, но повествование было интересным. И о причинах иммиграции с территории Эллады, и о первых греческих поселениях в обширных приморских регионах, и, особенно, о древнем мореплавании. Владимир Лазаревич не скрывал восхищения героями прошлого. Сколько же требовалось мужества и мастерства, чтобы на утлом суденышке, каким была трирема, рискнуть отправиться под парусом в неведомые края!

   Естественно, заинтересовал круг вопросов, связанных с появлением эллинов на берегу одесского залива. Монолог Петридиса, помнится, был пространным и где-то поэтическим. Краевед и коллекционер сослался на весьма редкую брошюру, изданную профессором В. Гошкевичем еще 1916 году. Речь там, в частности, идет о том, что один из путей, которым шли триремы отважных мореходов, пролегал вдоль западного побережья Черного моря. Еще до создания городов здесь возникают поселения: Истрия (в устье Дуная), Одессос (в окрестностях Варны), Месембрия (на болгарском острове того же названия), Тира (нынешний Белгород-Днестровский), Никоний (близ села Роксоланы Овидиопольского района).

   - Безусловно, - утверждал Владимир Лазаревич, - триремы эллинов также швартовались в нашем Одесском заливе, о чем находим сведения даже у «лукавого отца истории Геродота». Крутой берег, гавань, чем не место для фактории? Похожую картину можно видеть, например, на берегу Ольвии. Хотя, с другой стороны, в древние времена все выглядело несколько иначе - ведь уровень моря с тех пор опустился метров на десять.

   Тем не менее, греки просто не могли обойти эту местность вниманием. Тем более, в ту давнюю пору Одесский залив был связан с Хаджибейским и Куяльницким лиманами, которые имели открытые выходы в морскую акваторию. И сегодня в этих местах нет-нет, да и находят следы пребывания древних эллинов: осколки чернолаковых сосудов и оранжевых изящных амфор; старинные монеты.

   Кстати, Владимир Лазаревич напомнил, о том, как и когда проснулся интерес к археологическим исследованиям на территории современной Одессы. Еще в 1820-1821 годах были обнаружены остатки греческого храма. В № 20 «Journe d* Odessa» за 1820 год говорится, что в районе нынешнего Оперного театра и ныне Приморского бульвара было найдено множество античных вещей: глиняные чернолаковые и расписные сосуды, амфоры, медные и бронзовые украшения, бусы из стеклянной голубоватой массы и т.д. В современной краеведческой литературе также описан случай, относящийся к 1823 году, когда полковник Иван Алексеевич Стемпковский, человек, оставивший заметный след не только в истории нашего города, обнаружил на высоком плато над Одесским заливом древнегреческую керамику. По своему обыкновению, добросовестный ученый-археолог описал местность, где эти находки были сделаны. Позже эти заметки вошли в его сочинение под названием «О месторасположении древних греческих поселений на берегах Понта Евксинского между Тирасом и Борисфеном, учиненные по случаю найденных в 1823 году остатков древностей в Одессе». Издание увидело свет в Петербурге в 1827 году.

   …Конечно, многое из первых находок было безвозвратно утеряно, продано за границу. Все же, благодаря чиновнику и археологу Ивану Павловичу Бларамбергу, еще в давние времена в нашем городе появилась первая серьезная археологическая коллекция, впоследствии ставшая основой музея. Что же касается открытия Стемпковского, то овеянная легендами Жевахова гора, как ее сегодня называют одесситы, напомнила о себе в 1902 году, когда здесь производили земляные работы. Каково же было удивление землекопов, когда из-под земли показались древние сосуды и человеческие кости!

   Уже в 60-70 годы была произведена археологическая разведка, которая дала прекрасные результаты. Нашли античную кладку, керамику, свинцовую пластину с древнегреческой надписью. По утверждению профессора археологии Э. Диаманта, сделанному на одном из заседаний клуба «Одессика» - речь шла о письме, отправленном из метрополии и адресованном некоему эллину Протагору. Письмо, состоявшее из семи строк, удалось расшифровать – оно содержало обещание «добраться» до адресата, невзирая на расстояние». О том, что именно учинил «древний» Протагор на родине можно только догадываться. Впрочем, как и о том, удалось ли отправителю с ним за что-то поквитаться.

***

   С профессором Э. Диамантом удалось познакомиться лично в конце восьмидесятых годов когда ученый занимал должность заведующего научным отделом фонда Одесского археологического музея. Иногда и сегодня обращаюсь к его публикациям, особенно к теме археологических поисков предшественников Одессы в античные времена. Вот, сейчас, например, совсем не лишним будет вспомнить о его дневниковых записях, относящимся к шестидесятым-семидесятым годам прошлого века.

   Именно тогда были сделаны очередные археологические открытия на верхнем плато Жеваховой горы. Сегодня некоторые из них кажутся почти фантастическим. Впрочем, лучше обратиться к дневниковым записям:

   «… произведена зачистка участка вниз по склону. На расстоянии полутора метров от сферической кладки в слое плотной светлой глины обнаружено зольное пятно диаметром 1,4 метра. При выборке заполнения по контуру пятна открыта «хозяйственная» яма глубиной 1,5 метра. Ко дну яма слегка расширяется, диаметр ее составляет 1,7 метра. Стенка и дно ямы обмазаны глиной. В зольном заполнении ямы – обломки амфор, среди которых нижняя часть амфоры с широкой красной полоской по всей окружности, датируемая рубежом пятого и четвертого веков до н. э., фрагмент горла фасосской амфоры с клеймом того же времени. Среди привозного керамического материала фрагменты чернолаковых, краснофигурных древнегреческих сосудов, «кухонной» и грубогончарной, а также лепной местной керамики скифского облика и другие находки: каменные рыболовные грузила, обломок свинцового предмета. Костные остатки домашних животных… Материалы подтверждают, что во второй половины первого тысячелетия до н.э. на восточном склоне Жеваховой горы, обращенном к морю, существовало античное поселение».

   Настоящая запись в дневнике профессора была сделана в 1968 году; тогда на Жеваховой горе была произведена археологическая разведка. А четыре года спустя здесь уже работал Жеваховский отряд Причерноморской археологической экспедиции Одесского археологического музея. Открытия не заставили себя долго ждать. Стены жилых помещений, утварь, проливающая свет на детали быта горожан – выходцев из Эллады. И главное открытие, о котором мною уже сказано вскользь. Здесь лучше предоставить слово автору дневниковых записей – ведь речь идет о существенном для того времени открытии:

   «… В заполнении землянки на глубине 0,6 метра от ее края среди других находок, свидетельствующих о времени, быте, занятиях древних поселян, была найдена свинцовая пластинка с древнегреческой надписью. На лицевой стороне небольшой по размерам, всего 6,5 – 7 сантиметров в длину и 3,3 – 5 сантиметров в ширину. Различались семь строк убористого текста, буквы которого процарапаны тонким острием. Первоначально пластинка была, видимо, свернута вчетверо, на ней явно прослеживаются следы изгибов… Во второй строке сверху четко читается греческое имя Протагор.

   …Находка оказалась действительно редкой в археологической практике. Ведь письмо, да и любая надпись, в отличие от материальных остатков (керамики, изделий из металла, кости, стекла) – это живой голос истории, письменно увековеченная человеческая речь. Надписей на свинцовых до нашего времени дошло особенно мало, так как свинец легко расплавляли , после переплавки использовали для различных хозяйственных надобностей…»

   Такая вот находка. Редкая, но далеко не единственная из тех, что подарила нашим современникам Жевахова гора. Питаю надежду, что археологическая карта «греческой Одессы» еще не исчерпана, в будущем нас ожидают и другие открытия, тем более, что энтузиасты раскопок в городе нет-нет, да и дают о себе знать. Что же касается «древнегреческого» послания Протагору, то как доказано, оно написано на ионическом диалекте и доставлено, очевидно, морем из какого-то античного центра Малоазийского побережья или Ионических островов Восточного Средиземноморья.

   Конечно, многогранная деятельность профессора Диаманта далеко не была ограничена «географически» окрестностями Жеваховой горы. Именно он, в числе других исследователей, в своих работах четко определил места древнегреческих поселений на территории современной Одессы. Одно из основных располагалось вдоль Приморского бульвара от памятника Пушкину до памятника Ришнлье. С северо-запада и юго - востока было ограничено нынешним Деволановским спуском и Военным спуском. К сожалению, по мнению ученого, не раз и не два при строительных и других работах уничтожали памятники большой археологической ценности. Так было на Слбодке, при постройке Таировского жилмассива, поселка Котовского…

***

   … Как-то незаметно приближаемся к теме поисков и находок, сделанных Владимиром Лазаревичем или при его участии. Как-то прогуливаясь в сопровождении известного одесского коллекционера Николая Коваленко по берегу Днестровского лимана, он обнаружил интересный экземпляр графито – надписи, нацарапанной на фрагменте античного сосуда под рисунком древнего судна – униремы. Сохранность текста, мягко говоря, оставляла желать лучшего. Многие месяцы упорного труда Владимира Лазаревича ушли на то, чтобы проштудировать специальную литературу. Исследователь с благодарностью вспоминал, что в расшифровке текста ему сильно помог известный одесский ученый Петр Осипович Карышковский.

   В конце концов, Владимиру Петридису удалось прочитать: «Никосфен Афродите посвятил». Вполне вероятно, что некий купец-мореход Никосфен, возвращаясь в далекую Аттику с северного побережья Понта Эвксинского, совершил возлияние в честь своей покровительницы Афродиты Навархиды, чтобы умилостивить ее перед опасным плаванием. Кстати, Афродиту почитали как покровительницу мореходов-купцов в пределах Понта Эвксинского и даже величали Афродитой Понтийской. С некоторой долей вероятности также можно предположить, что по обычаю килик был разбит о борт судна. Осколки, естественно, упали в воду или на песок. Вот, оказывается, где истоки старинной морской традиции, в измененной форме существующей и по сей день.

   Конечно, графито о котором, идет речь – далеко не единственный раритетный предмет в собрании коллекционера. В ходе моих посещений его скромной квартиры в одноэтажном домике в одном из переулков близ улицы Канатной, Владимир Лазаревич показал мне несколько предметов, связанных с известными одесситами греческого происхождения. Предметы быта, посуда, иные с вензелем самого городского головы знаменитого Маразли…

   Об античных монетах, также, как и о греческой тематике в филателии, Владимир Лазаревич был готов беседовать часами. А соответствующий разделы его коллекций, вероятно, можно было считать одним из наиболее полных в городе, если не самым полным. Фракийские и римские, монеты многих греческих городов, колоний… И здесь есть место воспоминаниям. Так, еще до войны, в 1939 году, когда экспедиция Академии наук осуществляла раскопки на территории Лузановки, его добрый приятель Антон Хурмузи обнаружил две редчайшие монеты ольвийского происхождения – с Горгоной на одной стороне и орлом, сидящем на дельфине на обороте. Одну из них довелось увидеть в коллекции Петридиса.

   - Строго говоря, - утверждает Петридис, - находка монеты не является безупречным доказательством существования фактории где-либо – ведь монеты и в древности совершали сверхдальние «путешествия». Так, только на одном острове Змеиный, среди даров, преподнесенных Ахиллу, найдены монеты Пантикапея, Фанагории, Феодосии, Херсонеса, Ольвии, Тиры, Истрии, а также многих иных городов, включая монеты египетских фараонов и чекану Рима. Тем не менее, находка Хурмузи представляется значимой и с исторической точки зрения.

   …Да, немало интересного и нового для себя о древнегреческих поселениях узнаю из рассказов Владимира Лазаревича. Оказалось, следы древнегреческих поселений находили в районе нынешней Молодой Гвардии, близ Слободки и Кривой балки. Еще в пятидесятые годы прошлого века Петридису доводилось слышать от старожила города Игоря Соловьева о том, что в районе нынешних улиц Греческой и Екатерининской во время прокладки трамвайной линии маршрута №23 в 1910 году были найдены древнегреческие захоронения. Античные находки имели место и во время прокладки фуникулера вдоль знаменитой лестницы архитектора Боффо.

   В 1967 году Владимир Лазаревич был свидетелем того, как на том же Приморском бульваре, возле памятника Дюку были обнаружены захоронения и битая античная посуда. Наконец, относительно недавний эпизод, относящийся к окончанию прошлого века. Во время земляных работ во дворе гостиницы «Лондонская» была открыта древняя кладка стены. На минуточку представьте, экскаватор снял полутораметровый слой земли, а под ним – кладка. Никто, вероятно, не обратил бы на нее внимания. К счастью, мимо проходил специалист – сотрудник археологического музея В. Петренко… В ходе последовавших раскопок были обнаружены остатки керамических сосудов и зернотерки, кости домашних животных.

   И еще вопрос к размышлению. Обилие находок на побережье залива говорит о том, что вряд ли ограничились здесь постройкой лишь небольшой фактории. Хотя Геродот свидетельствует, что на берегах залива была основана именно фактория, носившая название Истрикон лимен. При этом, есть иные свидетельства. Плиний и Птолмей Милетский, например, говорили о том, что в восьмидесяти стадиях от острова Березень (приблизительно в районе Тилигульского лимана) находилось большое греческое поселение. Вот и задумаемся, сопоставляя эти сведения…

   … Конечно, при завершении существенного раздела повествования необходима логическая точка. Что же, всему в этом мире рано или поздно приходит логический конец. К сожалению, всему в этом мире рано или поздно приходит конец. По этой причине долго задерживаться на данной теме. Скажу лишь, что «города Одиссеев» на территории Причерноморья существовали до II – III века нашей эры. Некоторые, вроде крымского Херсонеса, «продержались» еще дольше, едва ли не до десятого века. В конце концов, свое слово сказали готы, скифы и прочие воинственные народы, включая славян. Словом, с уже очень давних пор Херсонес является одной из главных крымских достопримечательностей.

   В связи со всем сказанным, сложно пройти мимо актуальнейшего вопроса – и по сей день наше отношение к прошлому, если не брать в расчет публичных имиджевых мероприятий, остается, мягко говоря, не на самом высоком уровне. Не раз и не два при проведении строительных и прочих работ, уничтожали памятники большой исторической ценности. Так было при постройке Таировского жилмассива и поселка Котовского. Уничтожены, по причине добычи глины, древнейшие курганы на Жеваховой горе.

   Актуальны ли вопросы затронутые, в настоящем очерке, сегодня? Не уверен полностью, но, все же, надеюсь на положительный ответ. Молодая поросль «искателей древностей» в городе сохраняется. И относится это, между прочим, не только к Одессе. Доводилось лет десять тому назад бывать в краеведческом музее соседнего Николаева. С какой любовью и с каким глубоким знанием дела там оформлена обширная экспозиция, посвященная античной Ольвии! Было приятно видеть, как бережно наши соседи хранят собственную историю.

   Но почему только Ольвия? А прочие многочисленные колонии в Причерноморье? А храм Ахилла на острове Змеиный, о котором говорят историки и археологи уже много лет? Живая мифология, да и только! А имена героев мифологии, вспомнить которые дают археологические находки? Сколько славного и в отдаленном прошлом, и в относительно недавнем, когда людям захотелось узнать подробности жизни их далеких предков.

   Что же касается Одессы, то здесь я так же уверен, что дело исследователей-краеведов прошлого, не без участия таких людей, как Владимир Петридис, если не процветает, то уж точно живет.





ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ