БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Валентин Константинов РУКОПИСЬ, НАЙДЕННАЯ В ОДЕССЕ

СТРАНИЧКА СТАРИНЫ ДАЛЕКОЙ

   Элементы детективного поиска содержит и следующая история. В ее начале, в связи с очередной находкой в госархиве Одесской области, вспомнился эпизод популярного в недавнем прошлом романа Валентина Пикуля «Фаворит». Помните, в критический момент борьбы Екатерины за корону Российской империи, будущей императрице советуют действовать решительно, но вместе с тем осторожно. Ведь в противоборствующем лагере незадачливого Петра Третьего имеется человек, которого следует опасаться - опытный полководец и царедворец Миних.

   В связи с находкой можно вспомнить и пушкинские строки:

Мой дед, когда мятеж поднялся
Средь петергофского двора,
Как Миних, верен оставался
Паденью третьего Петра.

   Итак, Бурхард Христофор Миних… Не только верностью Петру Третьему он известен. Службу России начинал еще при Петре Великом в 1721 году. После годичного «испытательного срока» получает чин генерала-инженера, затем становится фельдмаршалом. В войне с Турцией 1735-1739 годов Миних возглавляет русские войска. В союзе с запорожцами организует победный штурм Очакова, успешно проводит ряд иных сражений.

   Кроме того, Миних зарекомендовал себя ловким царедворцем, во времена правления Анны Иоановны соперничал с самим Бироном. Деятельность его также была связана с морем. Несмотря на былую поддержку Петра Третьего и преклонный возраст, Миниху доверяют управлять несколькими портами на Балтике.

   Теперь, самое время перейти к рассказу об архивной находке. Она представляла собой ветхий холст, прикрепленный к древнему, хрупкому картону. А самым удивительным было то обстоятельство, что невзрачный на вид холст из личного архивного фонда дворян Языковых оказался ничем иным, как родословной графов Минихов!

   Немало интересного содержит этот документ. В обведенных черными чернилами кругах – сама история. Масса дат и событий. Некоторые круги связаны между собой причудливыми дугами. Таким образом, отражено родство Минихов с известнейшими русскими фамилиями. Здесь же переписка на немецком языке, но это уже другая тема.

   Отправной точкой исследования стал логичный вопрос: каким образом документ оказался в Одессе? Ведь Языковы были известны в основном, как дворяне Владимирской и Самарской губерний… Какие же пути-дороги «привели» родословную Минихов в одесский архив? И вообще, кто они такие, эти самые Языковы, хранители родословной сподвижника нескольких императоров?

   Ответ на первый вопрос не пришлось искать слишком долго. Сами документы «поведали»: Минихи и Языковы были в родстве! Правнучка фельдмаршала, графиня Анна Монтефейль была замужем за генералом Петром Григорьевичем Языковым – одним из знаменитых представителей рода.

   Кто-то спросит: кому сегодня интересны дворянские фамилии? Тем более, в условиях, когда, по мнению некоторых, зарождается новое дворянство. Для меня ответ вполне очевиден – любая родословная чаще всего неожиданный взгляд на события далекой старины. Что же касается «нового дворянства», то для его создания, полагаю, нужна жизнь не одного поколения. Все-таки, из откровенного, пусть даже богатого и наделенного властью быдла, сделать что-либо путное сложно. Разве что за пару-тройку веков. Не думаю, что речь может идти о сокращении срока до нескольких каденций.

   Вот, например, та же родословная дворян Языковых в чем-то сродни захватывающей книге. Основатель рода – Енгулей – мурзы – Язык, выехал из Золотой Орды к великому князю Дмитрию Ивановичу в 1360 году – еще за два десятилетия до Куликовской битвы! Его сын – Захарий Алексеевич, по существу, и стал первым Языковым. Даже тогда все переплеталось!

   Со временем род разветвлялся, набирал силу. В архивных документах множество «батальных сцен». Праправнук основателя рода Василий Иванович остался в истории как «владимирский боярский сын и сотник стрелецкий». А Моисею Григорьвичу Языкову в 1620 году жалуют в вотчину поместье в Мещерском уезде за «московское осадное сидение» в эпоху «когда тягался с поляками нижегородский мещанин». Среди Языковых – участники битв и военных походов войны 1812 года. Известны и Языковы - военные моряки.

   Были в роду философы, экономисты, писатели и поэты. Среди последних наиболее известен Николай Михайлович Языков поэт позапрошлого века, приятель Пушкина, друг Рылеева. Сегодня наиболее известны сроки его «Извинения»:

Я не исполнил обещанья:
Не все и плохо написал;
Но я прекрасного желал,
Но я имею оправданья
Во глубине моей души…

   Современники долгое время приписывали это произведение Рылееву, принимая его за последние строки поэта-декабриста перед казнью.

   Есть и курьезы. Одна из ветвей рода берет начало от Ивана Языкова, жившего во второй половине шестнадцатого века и имевшего сына Семена, удостоенного прозвища «Лапоть». От него пошла ветвь дворян Лаптевых-Языковых, несмотря на своеобразную фамилию, оставивших след в истории многих деятелей…

   Документы фонда, относящиеся к последующим временам, не менее интересны. Вот извещение о награждении орденом, подписанное императором Александром Первым, с приложением красочного макета самого ордена. Вот благодарственное письмо за подписью императора Александра Второго, адресованное одному из Языковых – директору Императорского Училища правоведения. А вот и автограф самого М. С Воронцова. Казалось, вот он «одесский след»! Ан, нет, документ датирован 1848 годом – кавказский период деятельности крупнейшего администратора юга империи.

   Здесь удобно вернуться к первоначальному вопросу: каким образом родословная Минихов оказалась в Одессе?

   Поиск сведений в библиотеках безрезультатен. Консультации у краеведов, архивные запросы тоже не дают эффекта. Парадокс состоял в том, что род Языковых, судя по документам, был связан с любой географической точкой империи, но не с Одессой. В конце концов, на помощь пришло везение. Случилось это в тот момент, когда в архиве была раскрыта серая невзрачная папка из того же фонда Языковых. В ней сохранились документы «о назначении приданого», составленные нотариусом Лукой Ранцким, у которого была контора на Дерибасовской улице.

   А вот и, собственно, отгадка – генерал Николай Александрович Языков женился на дочери известного в Южной Пальмире мецената и «потомственного почетного гражданина Одессы» Степана Петровича Ралли. Супруги проживали на Преображенской улице. Очевидно, семейный архив оказался в городе вместе с Николаем Александровичем. Также выяснилось, что бумаги поступили в архив в 1927 году и боле шестидесяти лет никого не интересовали.

   Каким путем документы сюда попали? Однозначного ответа получить не удалось. Есть правда, предположения. Работники архива как-то показали мне рукопись, хранимую в одном из фондов. Отпечатанная на машинке научная работа «Описание икон и другой религиозной церковной росписи итальянской живописи 14, 15 вв.». На обложке в углу едва различима надпись: «Изъято у Клюка в 1922 году и передано в архив следователем т. Варшавским».

   Очередной «детектив» подошел к концу. Просмотрен, причем поверхностно, всего один личный фонд. И сколько нового, сколько людей, событий, документов! А ведь личных фондов в одесском архиве более сотни! Фамилии громкие: Толстые, Кирьяковы, Шемиоты… Документы знаменитых в Одессе моряков, военных, купцов, литераторов, журналистов, артистов… А личные фонды профессоров Новороссийского университета, в том числе историков? Одни названия рукописей чего стоят: «Об изыскании античных древностей», «О черноморской торговле»… Сколько мыслей, фактов, выводов, интересных нам и сегодня!

   До чего же иногда люди бывают невнимательны к своему прошлому! Невнимание, за которое часто приходится платить самой дорогой ценой.

-----------------------------------------------------------------------------------




ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ
ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ