БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Валентин Константинов У ЧЕРНОГО МОРЯ…

НА СТАРОКОННОМ РЫНКЕ

   Без проволочек наведя справки, Тюрин выяснил, что так называемый блошиный рынок на Староконном функционирует по выходным, в первой половине дня. Не откладывая дела, в ближайшую субботу утром, в девятом часу, он сошел с маршрутки на площади Толстого.

   Староконный рынок, как Тюрин выяснил заранее, в последние годы стал явлением уникальным – здесь торговали решительно всем, вплоть до животных и не только домашних. По мере того, как местные власти совместно с санитарными врачами прессовали все остальные блошиные рынки, центр городской стихийной торговли постепенно перемещался на Староконный. Сюда приходили в поисках дешевой бытовой утвари, подержанного инструмента, запчастей к любой технике. Дмитрия все это нисколько не интересовало; его внимания сразу же привлекли те ряды, где попадался антиквариат.

   Спустя пять минут он уже дефилировал по маршруту из шести переулков среди торговых людей разного пола и возраста, большинство из которых все же составляли бабушки, выгнанные сюда жизненными обстоятельствами. Были здесь утомленные алкоголем и жизнью реализаторы чужого добра, и откровенные барыги, готовые купить дешево все, что угодно и тут же перепродать находку втридорога. Последние, всем видом менее всего походили на людей, которых нужда подтолкнула к продаже фамильных вещей. Особую категорию составляли одесситы средних лет, для которых пребывание на Староконном и общение с собратьями было своего рода частицей образа жизни, от чего они, несомненно, получали удовольствие.

   Внимание Тюрина, впрочем, было в большей степени сосредоточено на предметах, хаотично разложенных на тротуаре на старых полотенцах и прочих подстилках, нежели на торговом люде. Быстро проходя мимо белья, ношеной обуви и прочего ширпотреба, иногда относящегося к прошлому веку, Тюрин задерживал взгляд на старых картинах и портретах, фарфоровых статуэтках и прочих предметах старины, не обходя вниманием старые книги.

   Самое пикантное заключалось в том, что Тюрин даже не знал, что именно он здесь хочет найти. Наверное, в большей степени им двигало любопытство. По крайней мере, увидеть среди залежей старинного хлама рисунки классиков или медальон Волконских, Дмитрий, конечно, даже в самых смелых надеждах, не рассчитывал.

   В конце первого часа хождений, пролетевшего почти незаметно, с ним едва не приключился курьез. Розыскник едва удержался от соблазна достать корочку, когда две темные личности, умело «косившие» не то под бомжей, не то под глухонемых, ему предложили дутые, якобы золотые сережки по самой бросовой цене. Роль бомжей исполняли природные актеры, до невероятности вжившиеся в образ, но плохие физиономисты – по крайней мере, в Тюрине они опера не разглядели. В любой другой день лиса Алиса и кот Базилио вскоре оказались бы в «обезьяннике», но сегодня Дмитрий резонно рассудил, что мелкое жулье, тем более в субботний день – не его парафия, особенно, при работе над важным делом.

   … «Блошиный» рынок, между тем, жил своей жизнью. Где-то спорили, где-то торговались, где-то обсуждали последние новости политики и городской жизни. Время летело незаметно. Взглянув на часы, оперативник удивился тому, что с момента его появления на Староконном, пролетел целый час. Поневоле увлекшись, он вспомнил журналиста Александрова. В самом деле, представленная здесь старина чем-то напоминала бы выставочную экспозицию, конечно, если бы закрыть глаза на хаотичность представленных здесь предметов.

   Он уже начал подумывать о возвращении, когда произошло именно то, что превзошло его ожидания и, возможно, в будущем сулило оправдать труды субботнего дня.

   Явный барыга, полный и круглолицый, средних лет, с маленькими бегающими глазками, менее всего походивший на человека, который из-за нужды вышел продавать фамильные вещи, о чем-то беседовал с молодым парнем. Парень протянул что-то похожее на плотный лист бумаги, который барыга тут же разместил на коврике, на асфальте.

   Собственно, чего-либо примечательного в этом не было, если бы не одно обстоятельство – «что-то» при ближайшем рассмотрении оказалось фотографией, на которой, подойдя к торговцу, Тюрин, среди другого антикварного набора и нескольких фотографий сразу же узнал принадлежавшую Барецкому акварель «Елагин остров».

   Едва парень отошел в сторону, Дмитрий довольно скоро выяснил у барыги, что эта вещь продается, но, товар не из дешевых, и выносить его на рынок продавец не стал. Правда, дескать, если имеется интерес, акварель всегда можно посмотреть и разговор о ней может начаться от сумы с тремя нулями… Тюрин не дослушал, он уже машинально шел за молодым человеком.

   …Молодой человек свернул направо, прошел до пересечения улицы Старопортофранковской, затем в районе площади Толстого перешел улицу и направился в сторону Морского университета. Ситуация осложнялась тем, что утром в субботний день на улице было не так людно, как в будни – одесситы во все времена любили подольше поспать. К тому же, с нюансами наружного наблюдения оперативник досконально знаком не был и при этом считал, что в слежке есть что-то унизительное и неправедное.

   В конце концов, это сказалось не самым приятным для розыскника образом. Напротив автосалона преследуемый, неожиданно поднял руку, и, остановив маршрутку, вскочил в нее. Разделявшее расстояние не позволило Тюрину последовать его примеру, а слишком рьяно пуститься вдогонку означало выдать себя.

   Тюрин, расстроившись, но не сильно, подумал о том, что при любых раскладах оперативника кормит не только голова, но и ноги, решив при случае, повысить собственную квалификацию по части «наружки».

   Тюрин сопоставил некоторые факты. Конечно, было интересно узнать, в какой мере молодой человек связан с Барецким, и при чем здесь акварель, но далеко не факт, что данное обстоятельство имело какое-то отношение к его расследованию.

   Решение вернуться на Староконный и вплотную заняться барыгой пришло почти сразу. Но здесь Тюрина ждало разочарование. Минут через десять, вернувшись на Староконный, Дмитрий обнаружил, что торговец исчез. Вероятно, у него имелись для этого основания. Быть может, он просто определил наметанным глазом профессиональную принадлежность Тюрина.


***

   Начало следующего, воскресного дня принесло некоторые бонусы. Примерно в половине одиннадцатого раздался звонок мобильного, оторвавший Тюрина от не слишком веселых размышлений. Их суть состояла в том, что время бежало, а дело продвигалось черепашьими темпами.

   …Звонила хозяйка антикварного салона Элеонора Васильевна. Без лишних слов антиквар-дама сразу же сообщила о том, что располагает сведениями, которые могут оказаться важными. Минут через сорок Тюрин, миновав, как он сам мысленно определил, «графскую» экспозицию дорогого антиквариата, уже сидел в директорском кабинете салона на Дерибасовской.

- Видите ли, – сразу перешла к делу дама-антиквар, – ваш прошлый визит носил несколько неожиданный характер. Возможно, одно важное для вашей гм…фирмы обстоятельство я вспомнила только вчера вечером. Готова поделиться, хотя, особых дивидендов для себя не предвижу…

- Оперативник молча кивнул. Неожиданно надвинулось ощущение предстоящей, нет не удачи, а скорее некой подвижки в деле, и это ощущение он боялся потерять. Дмитрий настроился внимательно слушать.

- Суть дела в том, что около года тому назад умер один из известных в городе коллекционеров Петр Лазаревич Саввадис, – начала рассказ Элеонора Васильевна. – Знаете, полный такой, импозантный, всегда уверенный в себе господин. В кругах знатоков древностей его знали не только в Одессе. Но все люди смертны, особенно, когда тебе идет девятый десяток. …Богатое собрание портретных миниатюр и прочего антиквариата унаследовал взрослый внук, насколько можно судить, человек далекий от коллекционных дел.

- Так что же из того? – спросил Тюрин, не увидевший связи с интересующими его вещами. – Коллекционеров в Одессе, наверное, много.

- Само по себе это событие мало чем примечательно и вряд ли представляет для вас интерес, если бы не одна деталь, – продолжала Элеонора Васильевна. – Видите ли, очевидно в силу этнических корней коллекционера, основным его интересом было все, связанное с так называемой «греческой Одессой», в первую очередь с тайным обществом «Филики Этерия». Хотя, знаете, наши морские связи восходят к самой глубокой древности, одними из первых на месте нынешней Одессы появились мореходы-эллины…

   Оперативник молчал. Он надеялся, что вот-вот услышит нечто важное и не обязательно имеющее отношение к Элладе.

- Теперь, собственно, суть, – продолжила хозяйка салона. – А она в том, что во временном, и не только во временном, а и в историческом пространстве, греческое общество стояло очень близко к декабристам. Собственно, некоторые участники «Филики Этерии» также считались декабристами или, на худой конец, были коротко знакомы с ними. К слову, нас с греками всегда связывало куда большее, нежели то, что разъединяло. Главное – море и мореплавание. Это, насколько мне известно, актуально и по сей день.

   Естественно, мимо декабристской темы коллекционер Саввадис не проходил. И, можно предполагать, кое-какими раритетами располагал. Месяца через два после его кончины мне позвонил его внук – наследник. Деталей разговора конечно уже не вспомню, но его квинтэссенцией была просьба о консультации и возможной продаже старинной вещи, как он выразился, «очень дорогой и с портретом». Помнится, даже намекнул на золото. Бесшабашный молодой человек… Помню, мне даже пришлось напомнить о телефонном характере разговора.

- И что же? – Дмитрий затаил дыхание, но собственный интерес старался не выдавать.

- Ничего – в салоне, вопреки договоренности, он так и не появился. Поэтому, не сразу и вспомнила. Можно предположить, что он нашел другого, более выгодного покупателя. Антиквариат, как коллекционный материал его не интересовал, его беспокоили только деньги. И надо полагать, сумма фигурировала немалая.

- А вы возвращаться к этой теме не пробовали? – спросил Тюрин.

- Знаете, у нас это как-то не принято, – ответила хозяйка салона.- Со внуком Саввадиса я с тех пор даже не общалась. Да и нет гарантии, что речь действительно шла о чем-то ценном. Знаете, сейчас более половины раритетов – тончайшие подделки даже не каждой экспертизе по зубам. А внук, в отличие от деда докой в нашем деле не является.

- А Саввадис, разве не мог ошибаться? – задал логичный вопрос Дмитрий.

- Конечно, такая вероятность существует. Даже известный российский олигарх и отчасти коллекционер Виктор Вексельберг, при всех его консультантах, не так давно на серьезном аукционе приобрел картину «Одалиска» якобы кисти Кустодиева. После оказалось – умело сработанная фальшивка. Так что, в нашем деле возможно всякое, хотя уровень знаний Саввадиса был таков, что он и сам не раз выступал экспертом. И, насколько я знаю, пользовался доверием.

- Скажите, а Саввадис и известный коллекционер Игорь Павлович Пальцев были знакомы? – отогнав мысль о фальсификате, спросил Тюрин.

- Точно не скажу, но, думаю, наверняка, – не удивилась вопросу антиквар-дама. – Мир тесен, а наше одесское сообщество, если его можно так назвать, еще теснее. Правда, за чашечкой кофе Саввадиса и Пальцева мне видеть не доводилось, но допустить, что они не знали друг друга – нечто из жанра фантастики. Другой вопрос – насколько они были в своих коллекционных интересах близки… Но здесь помочь ничем не могу.

   Поблагодарив собеседницу и попрощавшись, Дмитрий поспешил в отделение. Он еще раз укрепился в убеждении, что именно является предметом его поиска.


***

   Вечером, в тот же воскресный день Сергей решил в очередной раз подбить итоги. Главным было то, что его поиски приобрели более-менее реальные очертания. На дисплее компьютера в его комнате в очередной раз появился лист бумаги. По давно сложившейся привычке Сергей принялся за начертание схемы собственных изысканий, к которой по мере продвижения поисков вперед обращался все чаще.

   Да, с каждым новым днем расследования его уверенность в том, что предметом поиска является именно медальон с изображением Волконской, крепла. Да, единственным свидетельством, позволяющим отбросить иные предположения, он не располагал. Тем не менее, все разрозненные свидетельства, от рассказа пожилой дамы Пальцевой о возможном приобретении коллекционера до сообщения антиквар-дамы о наследстве Саввадиса, плюс находка тайника удивительным образом складывались в единую мозаику, реально сулившую успех. Теперь, когда отчасти прояснилась ситуация с предметом поиска, Тюрина более прочего интересовали люди – потенциальные фигуранты возможного уголовного дела.

   Немного подумав, к числу подозреваемых он отнес Михаила Пальцева, как потенциального наследника. Да, распечатка с мобильника ничего не дала, но, тем не менее, возможность его причастности к делу исключать не следовало. …

   Не следовало сбрасывать со счетов и соседей убитого, того же рецидивиста Аркадия. При этом, написав фамилию дважды судимого соседа Пальцева, он акцентировано подчеркнул ее. Аркадий – сидел за грабеж, говорит по молодости и глупости.

   Старушка Пальцева? Нет, она, конечно, не воровала, какой смысл, если она все наследует? Все же она, как впрочем, и коллекционер Барецкий, могла сказать меньше, чем знала, – тоже не исключил оперативник. – В полный альтруизм верилось с трудом. В том, что предмет его поиска – медальон Волконского он уже почти не сомневался.

   Внуку Саввадиса, через руки которого реликвия, наверняка, прошла – в его перечне места не нашлось. Ларчик открывался просто – Тюрин потратил около часа на то, чтобы убедиться – богатый и, видимо, счастливый наследник коллекционера вот уже семь месяцев пребывал вне Одессы и, похоже, не очень спешил возвращаться, вопреки сообщениям о тяжелой экономической ситуации в Элладе. Вероятно, на исторической родине у него нашлись неотложные дела. Хотя, если предположить маловероятное, то и он мог сыграть в деле какую-то роль через своих знакомых или друзей.

   …День пролетел, в общем-то, незаметно. Результаты расследования, хоть и были в наличии, но удовлетворить Тюрина не могли. Но о том, чтобы оставить, как ему казалось, перспективное дело, он не хотел и думать. Хотя, он издавна ни на минуту не забывал того, что находится на государевой службе и подобные вещи зависят не только от него.





ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ