Стоит только сказать не в восторженных тонах о каком-либо деянии упомянутого выше заведения, тут же начинается, как еще 15 лет назад подметил одесский писатель Валентин Константинов, «визг шавочек с седыми височками из окололитературной подворотни». Будучи членом общества защиты животных от окружающей среды, даю возможность потявкать шавочкам любого возраста из массовки того клуба. На сей раз - в адрес одного из немногих действительно известных среди сотен живущих в Одессе поэтов, а именно - Бориса Херсонского. Это его слова: «Мы с вами живем в глубокой провинции, и здесь имеется группа людей, ответственных за культуру. Их два-три-четыре человека и практически их пристрастия определяют, кто «присутствует» в Одессе, а кого в Южной Пальмире нет.

   Если ты наладил отношения с нужными людьми, то у тебя все хорошо. Если ты немного колючий, говоришь то, что некоторым людям не нравится - то берется ластик, и твое имя вытирается из списка и это надолго. Ничего не поделаешь. Влиятельные персоналии все те же, что и 20 лет назад. Все, как и было. Только тогда, когда у людей реально возродится интерес к литературе, можно будет уповать на улучшение. Тогда большинство людей, а не четыре местных эксперта, будут для себя решать, что такое хорошо, а что такое плохо в печатном, вечном слоге. Может, тогда появиться нормальная критика».

   Легко догадаться, какую именно шоблу с двадцатилетним пиарастическим стажем имеет в виду Борис Херсонский, хотя в подобных случаях принято писать хотя бы так: Василий Р. или Феликс К. Полагаю, что поэт имел в виду Валерия на букву «Х», Евгения на букву «Г», Романа на букву «Б»… Какие, однако, буквы характерные, ну, а если я ошибаюсь, пусть профессор Херсонский меня поправит. В том числе, и по поводу постоянного пункта их сборищ, обозначенного лучезарными буквами «М» и «Ж». И вообще, в возрасте Бориса Григорьевича пора бы научиться называть своими именами не только вещи, но и одушевленные предметы чьих-либо воздыханий, даже если они – из подвида пресмыкающихся, на которых пробы негде ставить. И пока эти самоназначенные «местные эксперты» будут продолжать править свой ненормальный критический бал в Одессе, одесская литература в глазах окружающего Город мира будет и дальше соответствовать исключительно провинциальному уровню и иметь регулярные критические дни с 1 января по 31 декабря.

   В 2011 году в Одессе был проведен Международный литературный фестиваль, посвященный традициям одесской литературной школы. И пациенты филиала дома престарелых под вывеской «Всемирный клуб одесситов» сделали все от них зависящее, чтобы, как написал в своей уже третьей книжке за нынешний год «О тех, кого, как бы, нет» Валентин Константинов, Одессе плюнули в лицо, причем без малейшего повода.

   Ко всему сказанному выше, для полноты картины, просто необходимо добавить, что Борис Херсонский заведует кафедрой клинической психологии Одесского Национального университета.

   Но как все-таки здорово слыть и быть самопровозглашено-влиятельными особями, отвечающими исключительно друг перед другом за соответствующую их местечковым понятиям культуру. Всю дорогу напоминать о своей значимости и незаменимости власть имущим, постоянно маячить на телевизионных экранах, рекламируя себя сотоварищи. Поставлять клиентуру на изготовление печатной продукции заранее благодарным подрядчикам, писать всего лишь за 300 баксов предисловия к фолиантам толщиной с ноготь и изданных тиражом 200 экземпляров. Регулярно клянчить чего-нибудь у властей и денег у спонсоров, чуть ли не еженедельно проводить пахнущие фуршетами презентации понятно за чей счет, раздавать всяческие премии-призы подельникам, себя при том не обделяя.

   Само собой у них разумеется крысятничать спонсорские подачки для разнокалиберных культурных мероприятий. А как любят они внушать очередной окололитературной серости, что она – великолепный поэт или отменный новеллист, лишь бы наживаться на выпуске книжек серости за ее же средства, а затем - рекламировать за отдельный магарыч эти замечательные в больших кавычках произведения. Конечно же, не забывая при том раскрутить серость на очередной клубный фуршет, от которых годами не просыхают пару десятков профессиональных халявщиков. И при всем том и не только этом, не забывать раздувать щеки на ширину плеч, пусть даже с риском потерять вставные челюсти.

   Только вот на самом деле упомянутые поэтом Херсонским «влиятельные персоналии» - голые ноли в пустом месте, чье благополучие зависит исключительно от вылизанных ними по системе бикицер очередных задниц в органах исполнительной власти.

   Ну, а ежели тем самым шавочкам для их грядущего визга за мало поэта, могу им еще и композитора предоставить. Получите и распишитесь: «Уважаемый Валерий Смирнов! Разрешите поблагодарить Вас за «вскрытие» истинных помыслов небольшой кучки людей, спекулирующих на имени Бабеля, во главе с их растерявшем талант шефом. Я рад, что нашелся человек, разделяющий мои взгляды на истинных «поэтов» Одессы (кстати, я далеко не одинок в этих мыслях). Меня коробит, как несколько непрофессиональных людей под крылом Жванецкого присваивают себе право судить или помиловать очень разные фигуры, прошедшие сквозь этот прекрасный город. Я всецело на Вашей стороне …

   Ян Фрейдлин, композитор (Тель-Авив, в бывшем - одессит, но «другой Одессы», той, что не стала мелким торговым ларьком).

   Вполне бы хватило ограничиться этой таки уже спетой профессионалами песней по поводу искусствоведов-самоучек и из числа одесситов по профессии. Но есть и иные свидетельства того, что действия окололитературных трутней, околачивающихся, по меткому выражению журналиста Игоря Плисюка, «в конторе, претендующей на монопольное право владения «одесскостью» во всемирном масштабе», давно вызывают чувство брезгливости у многих настоящих одесситов, живущих в самых разных странах мира и не ходящих по этому миру с протянутой липкой рукой, в отличие от самопровозглашенных литературовуду местечкового пошиба.

   Вот что пишет из Австрии по их поводу всего один из множества настоящих одесситов, гроссмейстер Валерий Бейм: «…вполне хватает малограмотных, стремящихся паразитировать на достойнейшем имени Исаака Бабеля, даже толком и не разбираясь в сути его феномена. И отчего-то так сложилось, что все они (ну может, большинство таковых) собрались вокруг и внутри «Всемирного клуба одесситов». Казалось бы и название превосходное, и идея идеально правильная, и месторасположение клуба вполне себе удачное. Но отчего же всё получается у них так косо-криво и беспрерывно мимо задекларированных целей?

   … подарили мне книгу под названием «Одесский юмор», составленный Валерием Хаитом. Мне-то что: полистал, пожал плечами и поставил в дальний закуток. Но я-то одессит, и знаком не только с реальными достижениями настоящего одесского юмора, но и, слава Богу, был знаком с некоторыми из его производителей. Огорчает, что по такому малоудачному сборнику составят себе представление об очень существенной стороне жизни Города…

   Увы, от настоящей Одессы остаётся всё меньше и меньше, процесс этот идёт давно и если не приложить сегодня (а ещё лучше - вчера) больших и очень уже непростых усилий, точка невозврата может быть пройдена в самое ближайшее время. Кому как не организации, взявшей себе такое гордое название «Всемирный клуб одесситов», быть двигателем такой работы? Но, похоже, руководители оной организации то ли не знают что и как делать, то ли уже давно махнули рукой - «умерла так умерла» и стремятся настричь сколько получится шерсти...

   Печально, тоскливо и просто больно. Ну ладно, вы себе откусили свой кусочек счастья, так хоть не стойте камнем на дороге у тех, кто по-настоящему любит Одессу и способен хоть что-то делать для неё, настоящей. Я понимаю, что эти мои слова, даже если дойдут до ваших ушей, с лёгкостью проскочат дальше, не застревая. Но сказать всё-таки посчитал нужным».

   Именно по причине такого отношения истинных одесситов к кодле местечковых клубмэнов под самолично намалеванной ними всемирной вывеской, с треском провалился их блицкриговский план сбора средств на памятник Бабелю по всему земному шару. За несколько лет во всем мире не нашлось и шести сотен одесситов, которые бы дали хотя бы один доллар (евро, рубль, пиастр, гривну и т.д.) на памятник Бабелю. Ибо настоящие одесситы прекрасно понимали, зачем этот памятник понадобился всему руководству той гоп-конторы в целом и, в частности, автору сей идеи полу-президенту г-ну Хаиту, который уже не один год от имени одесситов делает громогласно-дебильные заявления, позоря нас на весь мир и зарабатывая на том грязные медяки от московских щедрот. «Теперь памятник Бабелю. Они же его хотят установить не как памятник писателю, а как “Исааку, который построил Город”, и тем самым водрузить надгробие всей одесской литературе, от Рабиновича и Юшкевича до Соломатиной и Фрая», - прямым текстом написал журналист Игорь Потапов.

   И даже большой друг всех одесситов в мировом масштабе и пошибе, писатель Эдуард Амчиславский, который прославился на всю Одессу вовсе не своими не виданными книгами, а тем, что вместе со своим героическим папашей Борей, только из-за большой любви к Городу, украл все экспонаты гипотетического музея Утесова и вывез их за кордон, и тот был вынужден согласиться со мной: «К сожалению, Валерий Смирнов прав, когда говорит: «Что такое Бабель и этот памятник? Это бизнес Всемирного клуба одесситов. Они, сами того не ведая, разваляли легенду, которую строили. «Бабель - великий писатель, у него миллионы поклонников во всем мире», - говорят всемирные одесситы. И объявляют народный сбор денег Бабелю. У него же миллионы поклонников во всем мире! Каждый даст по рублю – и памятник готов! Жалко, что ли? Оказалось, что они собирали средства три года, и на все это дали деньги восемьсот человек во всем мире, а в результате нет и половины суммы для того памятника. Они просчитались, но пиар себе делают даже в такой ситуации».

   Мне особенно приятно, что точку зрения писателя Амчиславского, по велению бескорыстного сердца собиравшего в своей Америке средства на несуществующий музей Утесова в Одессе, полностью разделяет еще один окололитературный аферист и конченный мудант - Леонид Школьник, цена которому ныне даже не тридцать шекелей на дешевой распродаже евреев по профессии у Стены Плача. Не иначе верные своим денежным принципам друзья Амчиславский и Школьник узрели во всемирных одесситах клубного пошиба своих конкурентов по ремеслу.

   Однако какое отношение имеет все это к «Зеленой волне»? - спросите вы. Самое прямое.

   Кому на самом деле необходимо в Одессе нынешнее убожество под маркой Международной книжной ярмарки, кроме всемирно-одесских деятелей и их смежников из Литературного музея? Ибо нужно быть последним придурком, чтобы, побывав на Дерибасовской, поверить в то, что «Зеленая волна» необходима не то, что издателям и книготорговцам, но даже «Его Величеству Читателю». Ведь в течение нескольких последних лет Его Величество постоянно убеждался: ассортимент одесской «Книжки» куда обильнее, чем на этой так называемой международной ярмарке, выпускаемые массовыми тиражами новинки на «Зеленой волне» вообще отсутствуют, а цены в одесских магазинах на порядок ниже, нежели на ту же относительно свежую книжную продукцию, которой торгуют в начале августа на мостовой Дерибасовской. И даже перенос сроков проведения одной из недавних ярмарок на начало июня, вопреки расчетам устроителей «Зеленой волны», никак не поспособствовал увеличению численности Их Величеств одесского производства на Дерибасовской улице. Ну, а проведение юбилейной «Зеленой волны» в будние дни, впервые за всю историю ее существования, свидетельствует лишь о том, что основным пациентом Одесской Международной книжной ярмарки ныне расценивается исключительно Его Величество из числа праздношатающихся туристов.