БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Валерий Смирнов

НАШ РОДНОЙ ОДЕССКИЙ ЯЗЫК

   Эти заметки были бы совершенно иными, если бы я не прочитал дивный материал под названием «Настоящий одесский язык умер в середине 50-х годов 20-го века. Вместе с «Одэссой». Некие деятели, отчего-то именуемые специалистами, высказали мнение, что одесский язык это - миф. А кандидат исторических наук В. Полторак заявил, что одесский язык ничем не отличается от николаевского наречия. И если эти сеятели разумного и вечного столь хорошо знают предмет, о коем толкуют, они запросто поймут мой комментарий: «Эти деятели таки да спэциалисты узкого профиля для широкого применения. Когда давно зажмурившийся одесский язык ничем не отличается от николаевского наречия, так или нет, что кандидат истерических наук Полторак не вытирал тухес кирпичом, пока не стал казенить уроки в 75-й школе? Я вас прошу».
   Умер одесский язык! «Умер проклятый метельщик!» - это эхо из детства, так радостно пропагандировали слуги герцога де Маликорна, оккупировавшего Город мастеров. А метельщик-то на самом деле живым оказался настолько, что собственноручно выписал герцогу командировку на тот свет. После чего хевра оборзевших чужеземцев, пытавшаяся навязать свои порядки горожанам, сделала вид, чтобы ее долго искали. Я фильм этот, «Город мастеров», в начале шестидесятых видел, уже после кончины одесского языка. Однако, я почему-то все-таки гонял тогда не на «велосипеде», а на «лайбе», называл «ладью» - «турой», лопал «соус с икрой из синих», а не «жаркое с баклажанной икрой», «талапался», а не «плескался» в море, удил в нем «сурманов», а не «бычков-подкаменщиков» на «стричку», но не «на удочку», ловил «рачек драгой», а не «креветок волокушей» и лепил на берегу из песка «паски», но не «куличи». Давно это было. В те времена, когда еще всяких-разных жлобоградских спэцов-шлеперов вместе с их дешевыми мансами блатыкали к нашему родному языку не без помощи одесской присказки «За такие речи в Одессе бьют в печень» или ее стопроцентного синонима «За такие ласки в Одессе бьют под глазки»…Пойти, что ли, помянуть залабанному Шопеном в год моего рождения одесского языка, ну, скажем, в недавно открывшееся в Горсаду кафе под абсолютно непонятным коренным одесситам названием «Франзоль»…
   Как только о смерти одесского языка поведал кандидат от так называемой науки истории, которая переписывалась на моей памяти двадцать с гаком раз в угоду очередным «политическим моментам», молниеносно сработала зловещая рука Москвы. А потому в день провозглашения специалистами траурной даты, на прилавках одесских магазинов появилась книжка Татьяны Соломатиной «Мой одесский язык». Примечательно, что популярная российская писательница Соломатина появилась на свет в Одессе не хотя бы сто лет назад, а почти через четверть века после того, как одесский язык окончательно ушел в небытие с точки зрения исторической науки в местечковом исполнении. Да и президент Украины Виктор Янукович отчего-то употребляет в своей речи кое-какие слова в их исконно-одесском значении - http://polygraph.od.ua
   Однако, в принципе, кто я такой, чтобы вступать в полемику с учеными мужами? Ведь у меня нет ни чинов, ни званий, ни регалий. Только имя. А посему призываю в союзники одессита в шестом поколении, перечисление всех титулов которого заняло бы половину газетной полосы. На выступление кандидата исторических наук отечественного производства откликнулся статьей «Лакмус» импортный доктор истории Лев Вершинин. Его статья завершается так: «Мне же отчего-то вспомнился Люксембург. Где, как известно, государственных языков аж три, французский, немецкий и летценбургерш, - совершенно дикий говор, которого больше нигде нет. Так вот, ежели кто не в курсе, когда в Великое Княжество пришли наци и включили его, как естественную часть Германии, в состав Рейха, население, не отрицая родства, особо не квакало. И запрет на французский съело, в общем, без особого протеста. А вот летценбургерш упорно употребляло. Везде и на всех уровнях, вопреки внятному недовольству оккупационных властей. Те, бедолаги, никак не могли понять в чем дело, постоянно пытаясь выяснить у местных, во всем остальном вполне лояльных, почему, собственно, они не хотят менять свое варварское бормотание на отшлифованный хохдойч. Ответ был неизменен: "Мы хотим остаться теми, кто мы есть". И на том стояли. Причем, заметьте, людям втюхивали не что-нибудь, а изысканную мову Гёте и Шиллера. Если честно, даже представить страшно, что ответили бы они, предложи им Берлин какой-то дремучий дiялект маленькой фольк-общины, затерянной где-то в баварских горах или лопотание бауэров из швабской глубинки...».
   Как известно, угол падения равен углу отражения.
   К черту толерантность! Мы слишком долго были толерантными в одностороннем порядке, а в результате приезжие стали позволять себе не просто навязывать нам свои хуторские ценности, но и поучать одесситов, европейцев, нашей же истории и родному языку с их жлобской точки зрения. Вон наша историческая родина, Европа, уже дотолерантничалась - дальше некуда.
   С «Одэссой» так называемые специалисты немножко правы. Доказывая тем самым, что одесский язык никогда не останавливался в своем развитии. Неужто русский язык умер после того, как «громчее» и «сюдою» прекратили соответствовать новым нормам его грамматики?
   С незапамятных времен многие одесситы запросто меняли букву «е» на букву «э» в словах, где ударение падало на букву «е». Но со временем неписанные фонетические правила одесского языка изменились. И пресловутая твердость при произношении стала служить для придания слову негативного оттенка. Таким образом, слово «снайпэр» стало стопроцентным синонимом крылатой одесскоязычной фразы «Меткий глаз – косые руки». И я запросто понял, что имел в виду Григорий Кваснюк, когда во время своей телепередачи «Правда» он произнес слово «интервью» как «интерву». Равно, как и по какой причине произнес перед этим фамилию политика Томенко с понтом на украинский манер, сделав упор на букву «э».
   Несколько месяцев назад Григорий Витальевич позвонил мне, и я первым делом поблагодарил его за многолетнюю пропаганду моего родного языка. «Нашего языка!» - поправил он меня. Да, нашего, родного, одесского, который мы слышали еще в материнской утробе и впитывали с материнским молоком. Который сохранили и сберегли, как бы ни старались перевоспитать нас на протяжении десятилетий. Как писал на этот счет профессор Александр Дорошенко: «Исправившись, мы перестанем быть теми, кто мы есть…».
   Но выпады в адрес нашего родного языка, нашей культуры, истории и традиций мы будем слышать до тех пор, пока…
   В августе прошлого года оппозиционная газета «Народный контроль» опубликовала мой материал. Неудивительно, что он остался незамеченным в разгар предвыборной борьбы. Но сегодня – ситуация иная. Оппозиция стала властью. А потому позволю себе процитировать финальный фрагмент той статьи: «Как каждый из настоящих одесситов, кое-что сделав для Города, я жертвовал многим, чтобы иметь полное моральное право говорить: «Я – одессит!». В отличие от так называемых відомих українських письменників, ни разу не обращался в органы власти с какой-либо личной просьбой и даже никогда не стремился, подобно им, только из-за чересчур горячей любви к неньке-Украине всем сердцем и душой прикипеть к бюджетным бабкам. Отвечаю: никто не скажет обо мне, что я хоть раз наклонил голову. Потому считаю вправе впервые в жизни сказать слово тем, кто считает себя истинными одесситами.
   Уверен, если спросить каждого жителя Города, любит ли он Одессу, тот ответит положительно, даже если в душе ее не переваривает. К сожалению, таких приезжих в Городе расплодилось немало, в том числе среди так называемой творческой интеллигенции.
   Так любите ли вы Одессу?
   Я обращаюсь к народным депутатам всех уровней, влиятельным партийцам разной политической ориентации, лидерам общественных организаций, ректорам гуманитарных вузов и тем, кого принято именовать простыми горожанами. Наши предки не только строили этот Город, но и сделали слово «простой» в значении «обычный» нормой сперва одесского, а затем и русского литературного языка. Ребята, мне стыдно за то, что если бы не биндюжник и таксист Теплиши, в консерваторском городе Одессе не было бы записано ни единой ноты старинных одесских песен. А вам не стыдно?
   Или вы считаете нормальным, что в те же деревни, куда я ездил студентом собирать фольклор почти сорок лет назад, направляются одесские студенты с той же целью уже в наше время? Но кто-то когда-то будет заниматься этим в самой Одессе, с ее огромными пластами только нам присущей культуры? Мы ведь так гордимся, что весь окружающий нас мир балдеет на одесском фольклоре и цокает языками от восхищения, услышав не то, что одесский язык даже на уровне пресловутой «Ликвидации», а всего лишь слово «Одесса».
   Существует научный термин «Одессика», но занимаются этой темой исключительно любители в свободное от основной работы время, а купоны от их деятельности стригут, как правило, разнокалиберные жулики. Так не пора ли, пока еще окончательно не ушло время, создать в Одессе кафедру, которая будет профессионально заниматься богатейшим и по сию пору даже на треть не изученным лингвистическим и фольклорным наследием Города? Или мы с вами намеряли себе по двести лет жизни? Уже много лет эту тему, естественно, в свободное от основной работы время и в ущерб своим близким, изучает доцент Е.Степанов. Знаю, каково ему приходилось, особенно во времена чересчур научного царювания имени Хоруживки, да и сегодня не все так просто. Но Степанов, как и положено не просто коренному, а настоящему одесситу, не наклонил и никогда не наклонит голову, даже если ему придется ходить в доцентах до самой пенсии. Думаю, что именно он, как никто другой, заслуживает возглавить кафедру «Одессики», если таковой суждено появиться на свет.
   Что же до финансирования, особенно в нынешнее кризисное время, то отвечу по-одесски: не смешите мои тапочки. Или это деньги для Города, где за бюджетные деньги понаустанавливали жменю монументов и попереименовывали улицы в честь деятелей, не имеющих к Одессе отношения даже левым боком? И это при всем том, что в Городе нет ни единого памятника хоть одному из десятков одесситов, прославившего его на весь мир! А сколько бабок ушло на создание многочисленных новоявленных кафедр для дальнейшего трудоустройства кандидатов марксизма, академиков ленинизма и прочих докторов околовсяческих наук? Сколько миллионов выбрасывается на содержание всяких-разных газет и Интернет-ресурсов, истинная цена которым даже не три копейки в сильно базарный день? Сколько уходит на финансирование исключительно откатных проектов и поддержку общественных организаций, нафаршированных быкотой, имеющих такое же отношение к Одессе, как и к здравому смыслу. Сколько еще мы будем выглядеть в глазах окружающего Одессу-маму мира дебильными бандитами и дешевыми фармазонщиками, благодаря неустанной заботе одесского (!) издательства «Оптимум», поставившего на поток производство воровано-бракованной продукции под видом одесских словарей и разговорников? Остальные подобные вопросы вы зададите сами себе без моей помощи. Издательство «Оптимум» очень любит помещать на обложках с понтом своей продукции фразу «Чтобы вы так жили!». С точки зрения этих лоходромщиков, такую фразу одесситы произносят, желая собеседнику всего самого доброго…
   Одесситы, где бы вы ни жили и сколько бы не имели, слово было сказано. Вам остается либо действовать, либо исполнять вид, что подлинное наследие Города, чересчур заботливо покрывавшееся ржавчиной заезжими популизаторами в последние годы - не ваша проблема. Если кафедра «Одессики» не будет создана в Городе, я не пожелаю вам всем пойти на чужие руки, а с чистой совестью скажу: «Чтобы вы так жили, как любите Одессу!». Конец цитаты.
   Сегодня мне могут возразить, что Одессе сейчас как никогда трудно. Что некогда единственный город Российской империи, чьи доходы превышали расходы, ныне вынужден трястись над каждой копейкой. Капец, приплыли: всю ночь гребли, а лодку отвязать забыли! Но что толку во внешнем сохранении исторического облика города, какой смысл в ремонте фасадов домов, если их обитатели через каких-то двадцать лет будут рассказывать детям: «Вторая мировая война началась, когда русские и немцы оккупировали Украину. После той войны одесский язык сгинул…»?
   За право оставаться самим собой я расплатился даже карьерой собственного сына.
   У россиян есть матушка-Россия. У украинцев есть нэнька-Украина. У одесситов есть Одесса-мама. У настоящих одесситов, а не у приезжих даже в третьем поколении.
   Это – судьба.
   Иной нам не дано.
  
P.S. Если вам таки интересно, что такое «Город мастеров» в одесском смысле слова – см. «Таки да большой полутолковый словарь одесского языка» в 4 томах, т.1, стр. 312. Это не реклама. Словарь подарен автором всем библиотекам Одесского региона.




ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ