БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Валерий Смирнов

Пророчество Исаака Бабеля

   Еще до того, как одесская литературная плеяда отправилась в Москву, Исаак Бабель написал предисловие к сборнику начинающих одесских авторов:

   "В Одессе каждый юноша - пока он не женился - хочет быть юнгой на океанском судне. Пароходы, приходящие к нам в порт, разжигают одесские наши сердца жаждой прекрасных и новых земель.

   Вот семь молодых одесситов. У них нет ни денег, ни виз. Дать бы им паспорт и три английских фунта - и они укатили бы в недосягаемые страны, названия которых звонки и меланхоличны, как речь негра, ступившего на чужой берег.

   Вот семь молодых одесситов. Они читают колониальные романы по вечерам, а днем они служат в самом скучном из губстатбюро. И потому что у них нет ни визы, ни английских фунтов - поэтому Гехт пишет об уездном Можайске, как о стране, открытой им и не изведанной никем другим, а Славин повествует о Балте, как Расин о Карфагене. Душевным и чистым голосом подпевает им Паустовский, попавший на Пересыпь, к мельнице Вайнштейна, и необыкновенно трогательно притворяющийся, что он на тропиках. Впрочем, и притворяться нечего. Наша Пересыпь, я думаю, лучше тропиков.

   Третий одессит - Ильф, По Ильфу, люди - замысловатые актеры, подряд гениальные.

   Потом Багрицкий, плотояднейший из фламандцев. Он пахнет как скумбрия, только что изжаренная моей матерью на подсолнечном масле. Он пахнет, как уха из бычков, которую на прибрежном ароматическом песку варят малофонтанские рыбаки в двенадцатом часу июльского неудержимого дня. Багрицкий полон пурпурной влаги, как арбуз, который когда-то в юности мы разбивали с ним о тумбы в Практической гавани у пароходов, поставленных на близкую Александрийскую линию.

   Колычев и Гребнев моложе других в этой книге. У них есть о чем порассказать, и мы от них не спасемся. Они возьмут свое и расскажут о диковинных вещах. Тут все дело в том, что в Одессе каждый юноша - пока он не женился - хочет быть юнгой на океанском судне. И одна у нас беда, - в Одессе мы женимся с необыкновенным упорством".

   О первой пятерке в списке Бабеля всем хорошо известно. Но что же взяли практически неизвестные никому Колычев и Гребнев? От Колычева мы не спаслись не по той причине, что он написал немало неплохих лирических стихотворений и два десятка военных песен, а лишь по той причине, что поэт Осип Сиркис, взявший себе псевдоним Колычев, очутившись в Москве, писал злободневные стихи для двух десятков периодических изданий, и обрел бессмертие только потому что стал прообразом поэта Никифора Ляпис-Трубецкого в романе "12 стульев" своих приятелей Ильфа и Петрова.

   Григорий Гребнев взял свое иначе, чем Осип Колычев, но тем не менее о нем никто и никогда не вспоминает, когда речь заходит об одесской литературе. Еще пацаном я с большим удовольствием читал его неоднократно переиздававшиеся произведения. Это сегодня в литературе модная тема - тайные подводные базы гитлеровцев в Антарктиде, а книга Гребнева "Тайна подводной скалы" впервые вышла в 1937 году. И речь в ней шла о противостоянии советских аэронавтов хорошо понятно каким "крестовикам", стремившихся использовать Артику в качестве одного из своих тайных плацдармов.

   А еще читал я буквально взахлеб "Пропавшее сокровище", повесть о поисках пропавшей библиотеки царя Ивана Третьего, которую привезла в Москву принцесса Софья Палеолог. И при том сильно сокрушался, что летописец не преминул отметить пышную грудь царской жены, но позабыл составить опись ее библиотеки-приданного. Именно эта повесть Григория Гребнева и привела меня в ряды книжников...

   Колычев и Гребнев действительно рассказали нам о диковинных вещах, каждый по своему. А я рассказал вам о них, как сумел. Об остальных одесских юношах, упомянутых Бабелем, вам в тысячный раз расскажут другие, не позабыв сделать исключение для Гехта.






ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ