БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Юрий Трусов
Хаджибей. Падение Хаджибея. Часть первая
XXVII. КАЗАЧИЙ СБОР

   Заря не занялась еще, а Суворов уже поднял казаков в поход. Генерал-аншеф любил быструю езду. Донцы и запорожцы еле поспевали за ним.

   Хурделица заметил в руках одного из донцов странное длинное копье. Толстое древко было обтянуто кожаным чехлом.

   Кондрат спросил у казака, что это он везет. Донец важно усмехнулся и сказал таинственным шепотом:

– Клейноды везем вам. — И показал глазами на другого казака, который тоже держал какой-то предмет, обернутый холстом, похожий на короткую, утолщенную на конце трубу.

   Только прибыв в Васильково — небольшое казацкое селение, расположенное в урочище на берегу Днепро-Бугского лимана, Кондрат понял, что это за клейноды привез генерал-аншеф.

   Суворова встретили далеко в степи конные запорожцы, одетые в богатые кармазиновые кунтуши (Верхние кафтаны из темно-красного сукна). Максим Корж, много лет прослуживший в запорожском коше (Запорожская сечь), сразу узнал своих знакомых: белого, как лунь, но еще могучего богатыря Сидора Белого; черноусого рябоватого крепыша Антона Головатого; смуглого стройного красавца Харька Чапегу.

   Под колокольный звон Суворов въехал в селение, состоящее из одной длинной улицы.

   В тот же день генерал-аншеф, не любивший никакого дела откладывать на завтра, произвел смотр сечевикам. На широком лугу, у самого лимана, построилось свыше восьмисот пеших и около сотни конных запорожцев. Александр Васильевич вручил Сидору Белому — начальнику вновь учрежденного войска черноморских казаков — знамя и позолоченную булаву — знак атаманской власти. В наступившей тишине негромко, но ясно прозвучал голос Суворова:

– Казак должен отечеству верным быть, храбрым, справедливым. Сабля, быстрота, внезапность — вот наши вожди. Неприятель думает, что ты за сто, за двести верст, а ты, удвоив, утроив шаг богатырский, нагрянь на него быстро, внезапно. Били турок в поле, били у реки, били у моря и ныне побьем!

   По казачьим рядам прокатилось дружное «ура!» в ответ на слова Суворова. От грома салютов — выстрелов из казацких ружей и пушек — задрожал воздух.

   Верный своей привычке беседовать с простыми ратными людьми, Суворов медленно объезжал строй. Среди казаков он узнавал много старых запорожцев, с которыми вместе воевал еще в первую русско-турецкую войну. Подъехав к одной сотне, Александр Васильевич сразу заприметил пновь прибывших сечевиков. Он кивнул Кондрату Хурделице:

– А ну, грамотей, подъезжай поближе!

   Когда Хурделица подъехал, Суворов сказал Харьку Чапеге, командовавшему конными черноморцами:

– Глянь-ко, какого я тебе орла привел! Богатырь и грамотей в придачу. Кем ты его у себя определишь?

– Писарем, — ответил Чапега, который сам был неграмотным и не очень уважал грамотеев, считая, что они не нужны в военном деле.

– Помилуй бог, ваше благородие, — возразил ему Александр Васильевич — На сей раз ты промах дал. Взгляни-ка на шрам, что на лице его. Он уже мечом крещенный! Воин! Он не немогузнайка какой-то! Так что писарем ему не быть! А есаул из него выйдет славный! — И, тронув коня, Суворов поехал вдоль казачьих рядов.





ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ