БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Юрий Трусов
Хаджибей. Падение Хаджибея. Часть первая
XXIV. ОТЧАЯНИЕ

   Только спустя неделю после набега татар в слободу вернулись из соляного похода чумаки. Как сыновей своих, обнял всех вернувшихся старый Бурило и поведал им про злодейство кочевников.

   Слезы навернулись на казацкие очи — даже у тех, кто никогда до сих пор не плакал. Многие сразу схватились за сабли — в поход выступать на ордынцев! Но тут прозвучал голос Кондрата Хурделицы. Бледный от волнения, он сорвал шапку с головы, ударил ею оземь и сказал:

– Куда вы, браты, пешими воевать собрались? Или на волах за ордой погонимся? Нам коней надобно! Без коня казак что сокол без крыльев… Так вот, пусть Лука-сербиянин нам сначала соль продаст, купит коней добрых для всех, вот тогда-то мы ударим по орде и людей своих выручим!

   Подивились старые и молодые разумности его слов и согласились с ним. В самом деле — куда воевать, когда на всю слободу остались две лошади.

   В тот же день Кондрат с Лукой побывали на могиле матерей своих. Поклонились невысокому холмику.

   Горе еще сильнее сблизило их, и они простились, как братья, когда Лука повез в ближайшую слободу на продажу соль.

   Вскоре серб вернулся из своей поездки. Он пригнал табун низкорослых выносливых татарских лошадей. Купил он их на деньги, вырученные от продажи соли. Оставшиеся золотые монеты Лука поровну разделил между чумаками.

– Берегите деньги. Может, на них сродников выручать придется, — говорил он, отсчитывая монеты.

   Но казаки хмурились. У сечевиков с давних пор повелось рассчитывать не на золото, а на свои острые сабли.

   И сразу, в тот же день, повел Кондрат десятерых всадников отбивать у ордынцев угнанных в плен слобожан.

   Степь затянуло бесконечным осенним дождем. Кони с трудом передвигались по вязкой грязи. Промокшие казаки пуще глаза берегли от льющейся с неба воды огненный бой. Кремневые ружья, пистолеты и порох прятали на груди. Но пережидать дождь никто не желал. Казаки понимали, что и так сильно запоздали с погоней.

   Наконец, после долгих блужданий по степи, обнаружили они на мокрой земле полусмытые дождем следы от мно­жества копыт. Значит, где-то поблизости ордынское становище.

   И верно — скоро казаки учуяли в воздухе дымок от кизяка, а поднявшись на холм, увидели в низине шапки войлочных юрт.

   Кондрат посоветовался с Бурилой и решил развернутой лавой ударить по становищу. Только застав татар врасплох, можно было добиться победы над превосходящим по численности врагом. На это и надеялись казаки.

   Хотя мутная сетка дождя скрывала приближение конников к лагерю татар, их заметили и подняли тревогу. Часть ордынских воинов успела выбежать из юрт, вскочить на коней и с оружием в руках встретить атакующих. Однако татары не успели построиться в боевой порядок, и казачья лава сразу опрокинула передние ряды, вызвав замешательство.

   Панику в тылу ордынцев, в самом становище, начали женщины. Посадив детей в двухколесные арбы, нахлестывая запряженных лошадей, перепуганные татарки, давя все и всех на пути, с воплями помчались в степь — подальше от места схватки. Желая прикрыть жен и детей от нападающих, татарские воины устремились за арбами. Ряды обороняющихся дрогнули, и казаки с гиканием и свистом ворвались в становище, рубя бегущих. Кондрат с молодыми сечевиками первым пробился в табор. Он заглянул в каждую юрту, но нигде не было ни Маринки, ни пленных слобожан.

   «Опоздали! Успели ордынцы пленных туркам продать. Опоздали!» — потрясла Кондрата страшная мысль. Он еще раз обскакал становище, но в татарском лагере пленников не было. Тогда ярость овладела им.

– За мной, браты! Отомстим проклятым! — крикнул он товарищам и поскакал вслед за большим отрядом отступающих ордынцев.

   Татары, ошеломленные было первым натиском казаков, увидели, что нападающих не так уж много, и повернули на них своих коней. Кондрат с товарищами бросился на ордынцев. Атака была неистовой. Хурделица сразу же выбил из седел двух джигитов. Косым ударом клинка развалил третьего — телохранителя татарского вожака. Вопль ужаса раскатился по татарским рядам:

– Шайтан-казак! Шайтан!..

   Теперь татарский вожак был недалеко. Глянув в его толстогубое лицо, Кондрат сразу узнал того самого ордынца, которого ранил когда-то у Лебяжьей заводи. Ураз-бей!

– Не уйдешь, сатана, не уйдешь! — крикнул Хурделица и стал пробиваться к нему сквозь строй джигитов.

   Он сбил еще одного телохранителя и, вздыбив коня, нацелил острие клинка в бледное от злобы и страха лицо вожака. В это мгновение стрела, пущенная татарским лучником, ударила Кондрата в правое предплечье. Жгучая боль сразу обессилила тело, но, перебросив шашку из раненой руки в левую, он был готов продолжать бой. И опять что-то острое ударило его по голове. Это один из аскеров — телохранителей Ураз-бея — метнул в него свой ятаган. Кривой нож, со свистом разорвав воздух, попал в голову казака. Распоров баранью шапку, лезвие до кости разрезало лоб Кондрата. Он зашатался в седле. Хлынувшая кровь залила глаза. Ураз-бей занес над раненым, ослепленным противником саблю, но ее отразил подоспевший Яшка Рудой. На выручку к своему товарищу прискакал и Грицко Суп. Ему удалось вогнать пику в брюхо коня Ураз-бея.

   Ордынский вожак спрыгнул с падающей лошади. В куски бы изрубили Ураз-бея казаки, но тут спас его молодой татарин-джигит. Он на полном скаку бросил своего начальника в седло и, отбивая удары наседающих казаков, вынес его с поля боя.

   Казаки не преследовали бегущих ордынцев. Для этого у них не хватало уже сил. Два казака было убито в сражении, остальные получили ранения. Да и у татар не оказалось пленных слобожан…

   Ордынцы, ошеломленные внезапным нападением, хотели лишь одного: как можно скорее уйти от гяуров, в которых, наверное, вселились злые духи. Татарам не верилось, что такая ничтожная горсточка казаков осмелилась на них напасть, не имея за собой солидного подкрепления. А раз так, то где-то недалеко, наверное, главные силы русских, и не лучше ли бежать отсюда, спасая жизнь, пока ее еще можно спасти по милости аллаха…

   И ордынцы бежали, оставив победителям не только свои юрты, но и часть скота, угнанного у слобожан.

   Однако успех не радовал казаков: их родные, их друзья томились в басурманском плену. Где теперь искать их? Куда угнали их ордынцы? На каком невольничьем рынке продали жен, матерей, братьев, сестер, отцов? Как выручить их из рабской неволи?





ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ