БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Юрий Трусов

Стихи разных лет

ОКОПЫ РЫЛИ

         Окопы рыли зло и торопливо,
         Лопаты влажный прорезали слой.
         И глина вспыхивала яркой гривой
         От каждого броска,
         от влаги дождевой.
         А осень зрела ржавчиной рябою,
         Краснела на винтовочном стволе,
         Октябрь шуршал трефолью, зверобоем,
         Багрянцы рассыпая по земле.
         Он залетал в окоп листочком клена,
         Вползал в бойницы мокрою травой,
         Туманы волокном мутно-зеленым
         Ложились тихо на курган крутой.
         Здесь был рубеж, порядки боевые
         Шли вдоль могил степных богатырей,
         Тогда на травах капли дождевые
         Напоминали слезы матерей.
         Тогда шинель почти не просыхала,
         Прохватывала ночью до костей.
         И, слушая далекий гул металла,
         Бойцы в атаку рвались поскорей!
1943 г.

ОЛЕНЬ

         Замерзший ручей
         совсем неприметен,
         В крутых берегах,
         ветвями повитых.
         Вот здесь на обрыве,
         у сосен столетних,
         Мы хоронили
         в бою
         убитых.
         И время застыло.
         И снег мохнатый,
         Ворон,
         взлетая,
         смахнул крылом.
         И только далекие пушек раскаты
         Ветку качают
         над мраморным льдом.
         А к ночи
         луна
         средь ветвей лисицей
         Крадется,
         раскинув пятнистую тень.
         И вышел из чащи,
         чуть цокнув копытцем,
         Дымчато-серый,
         как призрак,
         олень.
         Будто из сказки
         к холму,
         к могиле
         Пришел ты,
         раздвинув темень веков,
         И тихо склонил широкие вилы,
         Каменно-твердых
         колючих
         рогов.
1944 г.

У ДНЕСТРА

         Где Пушкин легкой проходил походкой,
         Искал Овидия забытый след,
         На берегу, что стал от соли сед,
         Я увидал покинутую лодку.
         Как будто только что,
         неторопливый,
         Ушел поэт в синеющий туман,
         Взглянуть на дальний белый Аккерман,
         На древних стен замшелые массивы.
         И вот тогда
         на берегу широком
         Я услыхал стихи.
         Невдалеке
         Читал их на певучем языке
         Кудрявый мальчик,
         повторяя строки.
         И показалось— мальчик знал того,
         Кто, канув в вечность, нам оставил пенье
         Нетленных строф,
         что, как реки теченье,
         Струится сквозь века
         легко-легко.
1950 г.

СЛОВО О ВЕТРЕ

         Бури
         и штормы,
         скажите, не с вами ли
         молодость наша
         навеки дружна?
         Любим мы ветер
         в развернутом знамени,
         ветер, что бьет,
         как морская волна.
         Ветер в походе,
         ветер в полете,
         напористый, быстрый,
         как наши мечты,
         промельк сверкающий
         самолета,
         воздух,
         поющий от быстроты.
         Ветер,
         с которым в сраженьи роднятся,
         чувствуют юность,
         ставши седым, —
         с этим ты ветром
         не бойся встречаться,
         если всю жизнь
         хочешь быть
         молодым!
1953 г.

ЛЕТНИЕ ЦВЕТЫ

         Когда горят в левадах летние
         Большие, яркие цветы,
         Они, как сполохи рассветные,
         Зарей багряной налиты.
         Они не нежные весенние—
         Они узнали солнца жар.
         И пчелы жадно, без стеснения,
         Из чашечек их пьют нектар.
         А с лепестков их ветер ласковый
         Сдувает желтую пыльцу.
         Понюхаешь — и нежной краскою
         Пойдут накрапы по лицу.
         И не весенние, а летние
         Я потому люблю цветы,
         Что в них и ярче, и приметнее
         Черты красивой простоты.
         В них зрелость силою увенчана,
         И жар сердечного тепла—
         Как в облике расцветшей женщины,
         Что сердце чувству отдала.
1964 г.

ВЕРЮ

Посвящаю матери моей Александре Максимовне Трусовой.

         Ты ушла... Сливаешься с планетой,
         С той землей, которой рождена.
         Мне оставив ночи без рассвета,
         Черные кошмарные без сна.
         Пусть же кровоточат сердца клочья,
         Как рябины гроздья в октябре!
         Пусть плывут темней беззвездной ночи
         Траурные думы о тебе!..
         Пусть они уйдут в глухую вечность,
         Как и я уйду вслед за тобой.
         Как планета наша в бесконечность
         Тоже канет, запылав звездой!
         ...Но я верю в чудеса на свете.
         Верю , что спустя миллиарды лет,
         Сын твой вновь тебя, родная, встретит
         На одной из голубых планет.
1970 г.

КОМНАТА

         О ней грустят оставленные вещи.
         К ним не придет хозяйка. Никогда!
         И только время здесь в безмолвьи вещем
         Прессует миги в длинные года.
         Прессует миги... А в разлуке вечной
         Они, что камни - сотни тяжких тонн.
         Ложатся плитами, сгибают плечи,
         Жизнь превращают в непонятный сон,
         И кажется мне комнатушка эта
         Застенком. Бесконечная тюрьма.
         Здесь каменеют от тоски предметы,
         Чтоб не рыдать. Чтоб не сойти с ума.
1971 г.

БЕССМЕРТЬЕ

         Когда всех нас, все наше поколенье
         Покроет плотно толстый слой земли,
         Над нами склонят пышные растения
         Тугие стебли в солнечной пыли.
         А летней ночью, лишь сойдут потемки,
         Лишь выгнет месяц бронзовую бровь,
         Над нами встретят горячо потомки
         Незнающую устали любовь.
         Седую мглу насквозь прожгут их взоры,
         Сердца завяжет трепетная близь...
         Тогда все наши помысли и споры
         В тысячелетия продолжат жизнь.
         И не коснется нас могилы тленье.
         Ведь мы спасали эту жизнь в беде.
         Да! Это наше, наше поколенье
         Простерло руки
         к утренней звезде.
1973 г.

ХРИСТОС

         Смогли предать. Смогли распять умело.
         Еще слеза в громадном море слез.
         Она звездой над Вифлеемом пламенела
         И просияла именем — ХРИСТОС.
         В истории человечества позорной,
         В грязи, в крови, в столетьях темноты
         Звучало слово истины Нагорной —
         Завет любви, добра и чистоты.
         Недаром, видно, в блоковской поэме,
         Когда ночь хмурую сковал мороз,
         Христос отряд вел сквозь метель и темень
         В своем наивном венчике из роз.
1980 г.

ЖЕЛАНИЕ

         Бог не сподобил мне идти одной дорогой,
         Я много, много исходил дорог.
         Кривых и грязных. И смертельных много,
         Но одолеть их все же Бог помог.
         И пули ныли, и картечь визжала,
         Прицельно брал на мушку супостат.
         ...Да и теперь такой же в жизни ад,
         Что даже смерть уже желанной стала.
         Что ж, бей с прицельной меткостью свинец!
         Чтоб не было бы ни нытья, ни жалоб.
         Пусть будет совесть мужеству истец.
         Чтоб сил у малодушия не стало!
         Чтоб на проклятом узлище дорог,
         На подлой путанице этих дней,
         Я словно стебель сломанный бы лег
         С неоскверненной совестью своей.
1986 г.

КОГДА УМРУ

         Когда умру, страдая и любя,
         Как все поэты и как все повесы,
         То вновь воскресну в звонкой бронзе я
         На самой скромной улице Одессы.

         Тогда расправлю плечи, поднимусь
         Над морем синим и над берегами,
         Где прославлял Украину и Русь,
         Взгляну на мир тревожными глазами.

         Взгляну, ища в толпе своих друзей
         И ту, что мне дороже всех на свете…
         Но не найду я их среди людей,
         Как не найду следов их на планете.
         Не будет их уже в живых –
         Другие люди потекут потоком.
         И буду я тогда среди чужих
         Считать года тоскливо - одиноким.
1991 г.



ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ