БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Лев Вершинин

Использованы материалы электронной библиотеки WebReadingRu

Сельва умеет ждать

От автора

   Напоминаю и предупреждаю: это — фантастика.
   Действие происходит в конце XXIV века от Р. X. Поэтому все имена и события являются исключительно плодом вымысла, а любые совпадения — безусловно и категорически случайны.
   От всей души благодарю тех, без кого эта книга не состоялась бы:
   Марию, жену и соавтора,
   М. А. Булгакова, члена СП СССР (посмертно),
   Хаджи-Мурата Мугуева, члена СП СССР (посмертно),
   и любимого гаранта (пожизненно).

   Арчибальд Доженко и другие официальные лица

ГЛАВА ПЕРВАЯ,

   которая вполне могла бы считаться прологом, не будь она такой длинной, или эпилогом, не располагайся она там, где обязан быть пролог, вводящая вдумчивого читателя в курс дел, происходящих в самых разных местах, но на первый взгляд совершенно не имеющая отношения к событиям на планете Валькирия.
   Tamyama. 14 августа 2383 года.
   Нынешний вечер Арчибальд Доженко намеревался уделить просмотру «Одинокой Звезды». Отчего и вернулся в отель пораньше, тактично отложив на потом всестороннее углубление многообещающе стартовавшего дискотечного знакомства. Увы, вместо сериала дали прямую трансляцию из зала суда, а подобную чернуху Арчи, как правило, вырубал мгновенно. Но сейчас почему-то промедлил. А присмотревшись, заинтересовался…
   Там, на экране, царил небожитель в тщательно напудренном парике и тяжелой, пунцовыми волнами ниспадающей мантии. Очи его сверкали. Голос гремел и грохотал. И, лишь завершив зачтение многостраничного, суконным языком писанного документа, полубог сделался похож на себя самого, пожилого и усталого госслужащего.
   Все смолкло.
   Суровая, торжественная тишина затопила зал, а лица двадцати трех подсудимых, отделенных от публики невысоким, почти символическим барьерчиком, сделались в этот миг напряженно бледны. Они чистосердечно признались во всем, оказали необходимую помощь следствию и, похоже, надеялись на снисхождение.
   Зря. Сенсации не случилось.
   Всем двадцати трем подсудимым:
   — по пункту первому обвинения («Коррупция») — в соответствии со статьей 44-прим Ординарного УК Галактической Федерации — восемь лет лишения свободы с отбыванием первой трети срока заключения (голос комментатора сбился на взвизг) в Винницком Федеральном централе.
   Двадцати двум из двадцати трех:
   — по пункту второму обвинения («Действия, объективно способствующие подрыву доверия населения в бескорыстную справедливость законной власти») — на основании статьи 3 Чрезвычайного УК Галактической Федерации — высшая мера наказания в течение суток с правом на свидание с семьей, правом ходатайствовать о желательной форме исполнения и правом апелляции к Его Высокопревосходительству Президенту.
   Четверть минуты абсолютного безмолвия. Затем в громадном зале возникает, словно само по себе, неясное шуршание, ровно и неостановимо нарастающее. Так плещут волны, одна за другой накатывающие на берег.
   Шорох. Шелест. Рокот.
   Гром.
   Бурные аплодисменты переходят в овацию.
   Зал безумствует.
   Сотни приглашенных — достойнейшие граждане федерации, представители трудовых коллективов, доблестных вооруженных сил и творческой интеллигенции — отбивают ладони, в едином порыве приветствуя решение Трибунала.
   — Ворюг — к стенке — грохочет амфитеатр. Пунцовый громовержец покидает подиум, уступив председательское кресло тучному одышливому старику в черном сюртуке. Тот пытается говорить, но публика неистовствует, и Полномочному представителю Президента при Трибунале приходится трижды ударить молотком в медный гонг, чтобы вернуть в зал приличествующее моменту благочиние.
   — Тише, тише… — лик его обращен к скамье за барьером, голос совершенно по-домашнему ворчлив. — В соответствии с законом «О высшем милосердии» право на апелляцию реализуется сразу же после вынесения приговора с немедленной передачей прошения по инстанциям и рассмотрением оного…
   Быстрый взгляд в бумаги.
   — Осужденный Буделян-Быдляну?
   Свиноподобная туша натужно приподнимается с правого фланга скамьи подсудимых. На почти незаметном лобике — испарина. Тройной подбородок зябко трясется. И все же с подсиненных предсмертной истомой губ вполне отчетливо соскальзывает:
   — От апелляции отказываюсь. Прошу расстрелять. Партер отзывается удивленным шепотком.
   — Осужденный Пятка? — бесстрастно вопрошает судья.
   — От апелляции отказываюсь, — дребезжащим тенорком откликается полненький черноусый карлик. — Прошу расстрелять.
   — Осужденный Козька?
   — От апелляции отказываюсь, — содрогаясь всем телом, всхныкивает квадратный мужичок с законспирированным выражением лица. — Прошу расстрелять. Или повесить. На усмотрение Трибунала.
   Им страшно. Многие из них плачут.
Читать дальше



ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ