БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Людмила Владимирова

К 115-летию Федерико Гарсиа Лорки

Федерико Гарсиа Лорке

триптих

1

Когда тебя убивали –
Был август, и ночь, и площадь
С фонтаном в селенье старом.

В журчание вод, звон цикады –
Из камня тюрьмы Гранады.

И ты, опьяненный волей,
И упоенный мечтаньем –
Без умолку – в их молчанье.
Казалось, согласно внимали.

Когда тебя убивали –
В теплой уличной пыли,
Следы оставляя, ходили
Ты, старик безымянный,
Те – трое.
Но шаг печатный
Их – черен. Черны их лица,
Лишь пепел змеей серебрится.

Зазолотились дали,
Когда тебя убивали.
Расстрелы – всегда на рассвете.
В тиши – заблудился ветер! –
Выстрелы. Первым – старик.
Ты понял. И в детский крик
Стреляли,
стреляли,
стреляли!..

Ты не хотел умирать,
И, хрупкий, пытался встать.
Ногою – к земле. В лицо –
Нет, – Лик! – полыхнул свинцом.

Могилы нет. Неизвестна.
Но вечны – Любовь и Песня.
Презренные твари не знали,
Когда тебя убивали?

В песках и цветущих веснах
Ты – жив. В Андалусии слезной
В ее садах апельсинных,
И – в яблоневых – России…

Жемчужной росой – станет горько –
Врачует Гарсиа Лорка.
Шепчу: «Федерико! Марина!..»
И боль, хоть ненадолго, схлынет.

О Федерико Гарсиа! –
Испания. И… Россия.

2

В этот смех, в этот свет,
В этот взор лучистый! –
Как смогли – в упор! – не понять!

Разве мать вас рожала,
Земля как держала?!

Но – кричи-не кричи –
Не поднять...

3

Бесстыдницы отбросили наряд
И белизною светятся нагие
Плеча и кисти сквозь листы резные
И шарики монистами звенят:

– Динь-динь-дон!
Глушите стон!
– Ай-яй-яй!
Сентябрь – не май...

Платанов ряд
И все говорят
Ра - а - зно - е...
1998

ИЗ РАЗНЫХ ЛЕТ...

* * *

– Счастье? Наверное...
Было вначале.
И заходило.
Ушло.

А двойникам –
горю, жгучей печали
больше у них
повезло.

Лестно любому,
чтоб замечали,
вот и жило –
Горе.

* * *

«Пропала собака!
Муди...
Вознагражденье...
Верните!..»

Я рядом приклею:
«Люди!
Найдите меня!
Найдите!..»

* * *

Ладони дней так редки... –
Кулаки.
Обвисла плеть
Протянутой руки.
В ней – «На!», не «Дай!» –
Семейное. В веках...

Но – «дураки
Остались в дураках»...

* * *

Я старше вас
на сотни бессонных ночей
в боли, удушье неразрешимых вопросов.

Я старше –
на минуты, окунувшие в Вечность.
и невнятную цель воскрешенья.

На мгновения под колесами,
выпавшие из памяти –
Он посылает лишь то,
что возможно снести.

Но снова и снова
с мнимых высот
иль – вознесенные моей любовью –
перечисляете вины,
не прощая и малой.

Молюсь за вас.

* * *

В первый свой – с костылями –
поход в магазин,
о растратчица! – на сто тысяч
триста грамм леденцов
купила она,
а еще… – губную помаду.

* * *

У меня в дому –
очень доброе зеркало.
В нем не видно морщинок
и всякого прочего…

И в нем даже я –
не всегда, иногда! –
сама себе нравлюсь…

Когда кончится…

Когда кончится
Вся эта фантасмагория,
Весь этот ужас
Необъявленной войны
Против единого народа
(А я верю, что так будет!),

Когда вы очнетесь
От дурмана
И сосчитаете жертвы,
Павшие от рук
Наемных убийц
(Не дай Бог вам быть в их числе!)

Сосчитаете точно! –
Не только тех,
Кто – от пули, ножа, топора,
Снаряда или огня пожаров,
Но – от ВСЕЛЕНСКОЙ ТОСКИ
(Не лгите: «инсульт», «инфаркт», «рак»...)

Тогда пусть лишь одно,
Но чистое сердечко
Вспомнит и обо мне...

* * *

Говорите, всем придется,
Говорите, не минует
Час последних поцелуев?
Не хочу я это слушать!

Не хочу я это слышать:

Молодым сболтнуть нетрудно
И долбить, как дятел, сладость
Находя в том, как ни странно...

Не хочу я это слышать!

Срок не вышел,
Срок не вышел –
Уверяйте все в обратном –
Не поверю! Вам приятно
Так пугать... Стыдитесь, дети,
Этих слов и мыслей этих
Не хочу, не буду слушать!

Не могу… я это… слышать...

* * *

Как сладко: не надо спешить
ни за чем, никуда –
денечек, два,
много – месяц...

Как страшно: не надо спешить.
– Незачем. Некуда
деваться от дури
и спеси.

* * *

Мы тосковали,
мнилось, – в пустоте,
не зная Бездны.
И дабы оценить
«гнилые» – те,
нам эти времена полезны.

* * *

Как в зеркале утонет
запыленном
луч солнца,
так и Он –
непросветленной
страданьями,
слезами не омытой
душе не явится.

Сокрыт Он
от жиром залитой –
убитой.

* * *

Когда в сердцебиенье
наступающего дня
пытаюсь угадать
хоть искорку смысла –
утешает метлы
шорханье за окном,
и я встаю.
1992 – 2010





ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ