БИБЛИОТЕКА ОДЕССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Авторы | Проза | Поэзия | Детская | Публицистика | Одесский язык | Самиздат | История | English | Фото | Видео | Хобби | Юмор | Контакты

Феликс Зигельбаум

Бумажный ангел

Сказание о мудрой девочке с оранжевыми волосами

(только для взрослых)



Этой девочке начало её жизни подарили как раз в Святой День папиного ангела, а именно, 1-го мая, в момент, когда вся природа создаёт свои нежные живые цветы. Поэтому через некоторое время, но поближе к Новому Году, эта удивительная девочка появилась на свет, как скороспелый зимний, но всё-таки очень солнечный цветок. И все увидели на свету, что у девочки не простые, а фантастически-оранжевые изумительные волосы. Волосы светились, как созвездия, и днём, и ночью, чтобы всё плохое вокруг исчезло, а явилось одно хорошее, ведь эта маленькая девочка смотрела на взрослых умными добрыми, как синий вечер, ясными глазами, не плакала, а пела свою волшебную песенку о новых лучиках восходящего солнца, что народились одновременно с нею на земле!..  И тогда все, кто  её видел и слышал, заметили, что маленькая девочка, под своими необычайными волосами, добрее, светлее, а значит, мудрее всех взрослых и что, может быть, она даже – девочка-ангел, а в её оранжевых волосах – драгоценная сила Волшебной Короны!!!



ПРОТО ВЕРЛИБР


А, может, он жив! Спасся!
Лежит сейчас под этим небом,
Набрав полные глаза доброго света,
Предчувствуя, сколько много
Золотого песка под его солёным
От морского ветра телом
И сколько лет Вселенной,
Зовущей его
В свою, иногда убивающую,
Но всегда и всегда обещающую
Быть светлой жизнь.

Снились мне эти мысли
Сегодня утром.
Они выбирают себе момент,
Когда не ждёшь…
Себя не помнишь…
И, словно косые лучи
Ближних звёзд,
Они беседуют с тобой
Под видом
Куда-то в сторону
Без остановки
Проплывающих субъектов;
Где всё только и зависит
От колдовской памяти крови...

ЛИБРОВЕР



Какая прелесть: спасаясь от мелкого дождика, прислониться к стене незнакомого каменного Дома и, ловя тёплый дух вечернего очага, мечтательно закрыть глаза!..
Да так  – чтоб и уснуть.

Какое счастье – найти в этом сне то, что искал...
Когда-то.
Давно.
Раньше всего, что было!..
А теперь найти.
Неожиданно.
Сладко.
Не жалея о прошлом.
О будущем.
О настоящем.
Счастье!
Прелесть!
Сон.



Верлибр седьмой книги

Мёд - здорово очень!.. Разве Ж эти разные Виннипухи-Карлсоны
не любили, не уваЖали его?.. Всё портится на свете; и ночью, и днём гниёт, но только не мёд! Этот янтарь, алмаз, снег и солнце в стекле, дереве, эмали! Этот неЖный витамин  полей, лесов и гор – кормящее вымя родного края и даЖе соседнего… О как легко, что никому не приходит в голову брать пошлину с этих летучих работяг пчёлок, что часто заглядывают и захаЖивают в гости к цветам других стран,
садов и дворов; поют им воздушные, с лёгким ударением на «Ж», песни, тяЖелеют, смешно возятся, (всё Ж недолго...): а то Ж - полёт и дом…   



Верлибр первой книги



И оживает в колокольчике медоносица,
И над полем дикое счастье цветёт
Безымянным цветом!..
Вспышки его,
Я вижу,
Твоих касаются губ,
Касаются глаз,
А значит сердца,
Которому
Хорошо непросторно
Со мною рядом!
И это
Не может не радовать
Искателя краёв платья,
Растущего
Из мягкой травы в лёгких капельках,
Делающих воздух
Равным тебе –
По тем же причинам,
По которым,
Одуванчики
Песен
Соломоновых
Так барабанят по душе!!!..





Новорусский верлибр


Не дуют
Сломаны перевёрнуты выключены
Вентиляторы Италии Персии Сирии
Окаменела погода Ерушалаима 
Безветрие
Инжир финики миндаль алыча спокойно могут спать
На зелёно-бело-синих от рыжего зноя руках местных дерев
Только мудрые горы видят
Не моё у них зренье
Не моего поля ягоды они
Эти Сион и Голгофа
Я меж ними лишь промежуток
Уходящий вдаль
Любопытный нос посреди дальнобойных очей
Как символ всего нестабильного
Просто хвост меж двух основательных
Нижних полушарий Вселенной
Клоунессой раздающей позитивный тон
Раненому слуху граждан и гостей
Того что было Другим Берегом Аврааму
Давиду Царством
Песней Соломону
Пилату Мигренью
Бедный сад
В саду каменном
В несколько громадных олив
ЖИВ
Ещё кОльца
Принадлежность твоя
Соединяют сердца от корней до неба
Живого и мёртвого
Переживающего и умирающего
В братьях наших для братьев
Следуйте за мной камни
Следуйте все за ними
Кто по следу птиц
И найдёте
Что известно Сиону-Храму-Голгофе




Письмо ребёнку


Моя маленькая  шкатулка,
МОЙ УНИКАЛЬНЕЙШИЙ ДОВЕРЧИВЫЙ ЗАЙЧОНОК,
МОЁ ВОЛШЕБНОЕ ПОЗДНЕЕ СЧАСТЬЕ,
НЕСМОТРЯ  НА БЕЗЛИКИЕ, БЕЗЛУННЫЕ ЛЮТЫЕ НОЧИ,
МЫ ВСТРЕТИМСЯ, КАК СОЛНЦЕ И НЕБО, ГЛАЗА И ЗВЁЗДЫ,
СЕРДЦЕ И СЕРДЦЕ, ЛЮБОВЬ И ЛЮБОВЬ! –
МОЯ ДУША ОБЕЩАЕТ:
ТЫ ЧУВСТВУЕШЬ, ГДЕ-ТО НА ДНЕ КАПЛИ ДОЖДЯ,
В БЕСШУМНОМ ОБЛАКЕ ПРИСНИВШЕЙСЯ ВЕСНЫ?
ВОТ И Я – ЧУВСТВУЮ!..




О последней эмиграции



В потоке огня голубого,
Над лёгкой звездою костра
Великое зиждется СЛОВО!
И тут согласиться пора...
 
«...что годы любови до боли?!   
Когда над сознаньем плывёт
Высокая, Чистая Воля
За линии жизни!..» И вот:

Как в снег, оперяются крылья
Каких-то иных журавлей,
И Вышняя их эскадрилья
Душою зовётся твоей!

...И Сильный, – прощающий Землю, –
В последний, особенный взгляд…
Курлыканью Ангела внемля,
Не смеешь вернуться назад!..




Отрывок из детства

Квадратный дворик с голубятней…
Над летней кухней – абрикос,
Гуляют парой поросята
И с Рексом лижутся взасос.

Как заводной, петух кудлатый,
Холмы щебёнки по углам,
С крылечка – низкие палаты,
Брюхатый шкаф, а там – бедлам.

На вишне – маленькая кошка,
Мяч лупит родственник – бандит,
И дом во все свои окошка
Сквозь детство на меня глядит…





ВСЛЕД



Больше солнца, поэты!
Над могилой — весна,
Как над связками Этны  —
Громовая волна!

Дайте Слово «Вовеки»
(Так отрезал Ван Гог...)!
От Америк до Мекки
Да поможет вам Бог!

Вам ли Неба не хватит
Расписать чернозём?
Так, за кем же мы, братья!?..
И куда мы плывём?..



ТОСТ



Друзья, прибуду я в Одессу,
Чей дух притягивал и вёз,
Туда, где «рыбка» по соседству
И все дороги — на «Привоз»!

...Высокий остров чернослива
В подводной свежести даров!
Живою влагою игрива
На солнце зелень и морковь!..

Приеду завтра я в Одессу,
Там запах детства моего,
И плотские все интересы,
И ожидания всего...

Там первые морские дали
И первые мои дожди.
За них меня весной в бокале,
Гор-сад, встречай!..
Фонтан, дождись!..

Друзья, пешком ли, — но в Одессу!..
О том лишь Бога я молил,
Что б нам прибрежную принцессу
«Заради» встречи сохранил.

Меня ждут голуби и лето,
Цыплёнком жёлторотым — пляж! —
Я одессит, я с правом вето!
А всё, что кроме, — антураж.

О дайте, дайте мне Одессу...
Где эхо детства моего —
Волна сопутствует прогрессу,
Глазеет море синево,

Трудяга порт, дворцы театров
И пляжей слиток золотой!
Столица юмора, до завтра!
Мы завтра встретимся с тобой!

...Когда увижу я Одессу,
Где детство сердца моего,
Вы не узнаете повесу —
Давайте выпьем за него!



ЛУНА

По дну квартиры гостья бродит…
Себе ночлег устроив рядом,
Чело моё она находит.
Являясь честным лицекрадом,
 
Себя в глаза она впускает
И через них лучами ходит
По облаков гусиной стае,
По палубе на пароходе.

И мне за всё сама же платит
Серебряной – такою нитью,
Что будь  «тем» Мастером – и платье
«Той» Маргарите мог бы сшить я!..




ПЛОД

«Дольки грейпфрута – губы твои, –
Сочные блюда любви…», –
Меццо-сопрано моря звонит –
Пра-на-сти-хи-я!.. «Увы»,

Круглой изюминкой крепкий миндаль –
Твой, сердцевидящий глаз.
Н-е-ж-н-а-я!.. Голосом близкая даль –
Соединение нас!

То ли то ходят по небу круги
(Импульс им – точный твой взгляд…),
То ли то кольца с любимой руки
В них созидают свой ряд?..

Дольки грейпфрута – губы твои –
Вотчина гранул огня,
С горечью травною вечно (увы),
Сладкою (вдруг) для меня!



Царство



Я поймаю прибрежную осень
За отброшенный ящеркой хвост,
За змеиные в радугах косы
В дождик тёплый от радости слёз.

И душа – этот сканер разбитый –
Вдруг запомнит, что будет в нём жить:
Что захочет любить «инвалида»,
С ним кружить над землёй! И кружить…

И скажу я тогда: «Дорогая, –
Налегке-веселе, от души, –
Осень людного этого края,
На перо моё чуть подыши!

Сжалься тонкой фантазией света!
Он играет в глазах куполов
Семиструнной природой поэта
Тридевятого Царства Любовь!»



Иду я мимо ваших чувств - не задеваю



Иду я мимо ваших чувств – не задеваю:
Поэт, которому лишь деньги не нужны….
И только зубья белых гор мне ветром
В сердце лают –
В субстанцию без глотки и мошны.

Я рассекаю от бедра труды седой позёмки,
Где мне совсем не хорошо, что звёзды, как стихи.
Я – малый-смертный – захлебнусь их тишиной позорной,
Отсутствием в большой зиме их огневых стихий.

Быть верно морю ледяным и снегу вечно сниться,
Ведь дьяволом пророку слыть не в городе ль родном:
В чьих стёклах, лужах, хрустале кривиться долго лицам
При тёплом и зовущем дали голосе моём?..




Позор земли



Огонь весны преобразуя в бой,
Кто бросил не за веру умирать их?!..
Пятидесятый, тысячный солдатик
Полынь целует мёртвою губой...

А сколько до него?.. А сколько после
Зрачков закатом выразят: «Убит!..»?
Лежат!.. и только мирной тенью сосен
Позор Земли прикроется и стыд!

Кто всё за них решил в одно мгновенье?
Чьи перст и мозг, и сердце, и душа?!
За них, в ком жили гении! Виденья!
Чей бедный прах не весит и гроша!..

Я обращаюсь к мужественной мысли!..
Душой живой к не умершей душе!..
«Не покупают мир ценою жизни,
Нет рая в подожжённом шалаше!..»


Океанско-эмигрантское

Я до сих не ведаю,
Отчего вдали
Золотые, медные 
Плачут корабли..

Слёзы их волнуются,
Плещут на ветру,
Словно Солнце-умница
Говорит: «…Умру!..»,

Влажно-заунывное
Тучи вслух поют,
Крепко в дружбе с ивами
Мачты у кают!

...Потому не ведаю,
Почему люблю
Тётку эту вредную –
Родину мою?  –

Эти сны кудрявые
В дымке за бортом,
Речи незаздравные –
Прежде да потом,

Молодые травушки под
Солдатский марш –
До мозгов отравушки
И до лёгких аж!

...И до дна не сведаю: 
Для чего люблю
Маму – в чёрном – бедную 
Родину мою!..




Место жительства



В обществе музы в пастельном тумане,
Шаг золотой – обойти королевство!..
Винное солнце в узорном аркане
Склонов восточных живит чуда действо!

Плавные стены ощупав лучами,
Крыши бомбят колокольные звоны:
Ноты от кельтской до галльской печали
К магии смуглого лебедя – сонны…

Розово радует клумбы румянец!
Радужен глянец цветного металла!
Вне кавалькады король-иностранец
В сторону парка идёт от вокзала.

Где у фасадов доспехов гербарий
Копит осадки не горше, чем фляги
Влагу хоронят в мешке или в баре,  –
Густо мигают весёлые флаги!

К мёду луга приготовлены. – Млеют
За городскими седыми камнями.
Рваные хлопья под замками реют –
Равного нет у Чикаго, Майями!..

Гласные гуси, согласные овцы –
Средневековья клеймо неизменно
Душу визирует здесь, а не вовсе –
Струи вагонов и велоспортсменов…



Гималаи

Где я не был – и долго не буду – 
В гималайской росе эдельвейсы.
И горят, как сердца анемоны,
Если близко светило встаёт.
Их пониже скрипят скорпионы
Те морские далёкие песни…
И в волнении змеи танцуют,
И кукушка-бухгалтер всем врёт.

И дымятся в листве леопарды,
Точно ладаны или топазы,
И поверхности страшной бараны
Демонстрируют ловкость свою.
Где горячие снежные барсы
Оккупируют норы и лазы,
Мишки гризли к себе восвояси
Тащат рыбу и что-то поют.

Где хочу быть, да скоро не буду,
Там в пещерах-квартирах аскеты
Высоко и светло проживают
Скоротечный физический век.
А над ними и с ними летают
Гималаи – красивое чудо –
От души до макушки одеты
В небоокий божественный снег


ПОКА



Пока под летним виноградом
Пурпурным шёлком лепестка
В глухой траве — о чём-то рядом —
Мне вечер шепчет у виска,

Во мне несбывшееся дремлет.
Но снов, увы, не разобрать –
Лишь колокола детский лепет
Сквозь просьб невымолвленных рать.

И влажью глянувшие дали...
Их алоснежные цветы
С росою тёплою со стали,
Чьей остроте досталась ты!


Зимнее

Окрепшей белизною схвачен,
Светилом искренне-незрячим
Вчера был не замечен лес.

А при рассвете – что на милость! –
В сугробе искра появилась
И разгорелась до небес!

Тебя не совестно встревожить
Прогулкой в пышном бездорожье,
За нежным утренним огнём:

Ворвавшись в лес с вороньим шумом,
И белку приманить изюмом,
И песнями звенеть вдвоём!

…Как счастливо взлетает рано
Твоё, голубкою, сопрано,
И плещет ясно! до вершин!

В снегу по следу зайца вьётся
И паром золотистым льётся –
Поющим облачком, с аршин.

Спеша природе поклониться,
У проруби умоем лица,
А стройным соснам, но седым –

Помашем жаркими руками,
Вернувшись белыми лугами,
К себе, с весёлыми глазами 

… И с аппетитом молодым!


 КОМА

Вот что, любви неизбежная кома,
Царство дождя, властвуй, слева и справа!
Космой глухою накрой наши окна,
Ветхий триумф абсолютного права!..

Здравствуй! Гуд мониннг! Бонжур! Буно сэра!
Все языки равно сердце хоронят…
Царствуй, Величество – горькая эра, –
Паперти «платина», ржавчина в троне!

Нам удалиться недолго надолго
С круглой и всё же не вечной арены.
Кома – знакома: все чувства в наколках
От плавников многохмурой «мурены».

Скрыта болезни повторной причина.
Мы словно корни нездешнего сада.
А некий жребий – серийный учитель,
Хоть ничего от причины не надо.

С кем это было – все птицы слетались!
И вот такое – горели все клетки!
Оба – созвездие некой морали:
Двадцатилетки!.. Двадцатилетки!..

Чёрные дыры!.. и, может, квадраты!..
Горы земные – всего лишь трамплины
Были – так думали в вешние даты
Мы – молодые, как боги из глины!

Так не души, если даже виновен!
Знаешь, что важно-то: мир и здоровье.
Помнишь, как в песне «Ах, пане-панове!»
Трудности были с теплом и любовью…

Где эта улица Праздника свадьбы?!..
Где переулочек или квартальчик?!..
Как ты болеешь, пиши, бога ради!
Мой адрес – Родина, твой адрес – Нальчик.






ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
АВТОРЫ

ПРОЗА
ПОЭЗИЯ
ДЕТСКАЯ
ПУБЛИЦИСТИКА
ОДЕССКИЙ ЯЗЫК
ФЕЛЬЕТОНЫ
САМИЗДАТ
ИСТОРИЯ
ENGLISH
ВИДЕО
ФОТО
ХОББИ
ЮМОР
ГОСТЕВАЯ